В переулок на безрассудной скорости ворвался "жигуленок", почти заваливаясь, круто развернулся правым боком к лесенке. Олег все понял первым и закричал неистово:

- Падай, Арсен! Падай!

Арсен упал и покатился по ступенькам вниз именно в то мгновенье, когда из "жигуленка" послышались пистолетные выстрелы. Олег и Тэд одновременно выскочили из "Волги" и кинулись к стреляющим. Но было поздно: завершая разворот, "жигуленок" въехал на тротуар, дал газу и умчался из переулка.

Арсен уже сидел на нижней ступеньке и держался за плечо. Сумка валялась рядом.

- Они ранили тебя, мерзавцы! - скривился Тэд, видя, как намокает кровью рукав светлой куртки.

- Увезите меня отсюда, увезите меня отсюда, - лихорадочно просил Арсен, - чтобы мама ничего не знала.

- Куда тебя везти? - в растерянности спросил Тэд.

- Куда, куда - в больницу! - вмешался Олег.

Они осторожно подняли Арсена и под руки повели к "Волге". Шофер наконец догадался выйти из машины и открыть заднюю дверцу.

- Я сам, - твердо сказал Арсен и, вырвавшись, сам сел на заднее сиденье. Тэд сел рядом с ним.

Олег подобрал сумку Арсена и устроился рядом с шофером. Распорядился:

- В самую лучшую хирургическую клинику давай! И поживее!

Шофер согласно кивнул и включил мотор.

Они ехали через город по ярко освещенным улицам, где вальяжно прогуливались солидные мужчины, неспешно обсуждая прошедший матч.

- Кровь идет? - задал дурацкий вопрос Тэд. Арсен оторвал руку от плеча, тупо посмотрел на ладонь с густеющей кровью, ответил:

- Не знаю. - И удивился: - А дырка от пули только сзади, спереди нет.

- Значит, пуля в тебе застряла, - понял Олег и заорал на шофера: Быстрее не можешь?

- Теодор Георгиевич, вы папе позвоните, скажите, что вы меня на базу увезли. Только маме не говорите, только чтобы мама не знала, - попросил Арсен и обмяк.

"Волга" ворвалась на ярко освещенную площадку перед дверью, над которой горела красная надпись "Приемный покой". Шофер подкатил к самой двери.

- Ты сейчас в гостиницу давай. Там Мишу найдешь и немедленно его сюда! - приказал шоферу Олег, помогая Тэду извлекать Арсена с заднего сиденья. Арсен, утратив истерическую моторность, покорно подчинялся чужим рукам.

Олег и Тэд сидели на длинной скучной скамье в ожидании врача, который увел Арсена на операцию. Держа Арсенову сумку на коленях, Тэд механически ковырял указательным пальцем дырку в блестящей материи. Дырку от пулевого входа. Олег внимательно наблюдал за манипуляциями Тэда. Понаблюдал, понаблюдал и посоветовал:

- Ты сумку открой и посмотри, что там пуля попортила.

- А? - очнулся Тэд. - А-а-а...

Он открыл сумку и обнаружил там любовно упакованные в целлофан адидасовские бутсы, простреленные насквозь.

Ворвался Миша с криком:

- Ну как там? Мне шофер все рассказал.

- Оперируют, - информировал его Олег.

- Дела. - Миша уселся рядом с Тэдом, отобрал у него бутсы, поковырял тоже дырочку, повторил: - Дела.

С дребезжанием растворилась стеклянная дверь, и появился оживленный самоуверенный врач. Трое молча смотрели на него.

- Вот что значит - настоящие мужчины, футболисты! - радостно констатировал врач. - Другие бы уже кричали: "Ну как там? Ну как там?" - а они с достоинством молчат.

- Ну как там, доктор? - спросил Тэд.

- Да все в порядке, - небрежно ответил врач. - Кость не задета, пуля застряла в мягких тканях, почему-то она была на излете... - Он взял в руки протянутые Мишей бутсы, посмотрел на них, осознал: - Теперь понятно... Вот что, футболисты, я обязан сообщить о происшедшем органам милиции.

- А почему не сообщить? Сообщай, сообщай, - разрешил Миша.

Шофер "Волги", открыв заднюю дверцу, в размышлении созерцал сиденье.