Портал поглотил его и через мгновение выплюнул и исчез. Гадес оказался в мавзолее на кладбище Пятого Круга. Он пересёк небольшое расстояние до стены, где находились порталы, соединяющие с Шеул-гра Азагота и действовали только, распознав голос Гадеса или Мрачного Жнеца.

— Откройся, — рявкнул Гадес. Ничего не произошло. Нахмурившись, он повторил попытку. — Откройся.

И снова ничего. Какого чёрта? Гадес вытянул руку и провёл по тёмной каменной поверхности. Та казалось такой, как обычно, но почему же не открывался портал?

— Откройся! — Боже, да с таким же успехом он мог разговаривать с обычной стеной. Гадес фыркнул. Порой у него такое происходило. — Чёрт возьми, откройся!

Это был единственный способ попасть в Чистилище, и ситуация была плоха. Неужели Азагот намеренно запечатал портал? Или же это какой-то глюк? Или же его удалось каким-то образом запечатать демонам Пятого Круга?

Гадес не знал какой из сценариев лучше.

Кэт застонала, и чёрт, ему нужно было доставить её в безопасное место, где она смогла бы восстановиться от того, что сотворил с ней Орфмейдж. А как только она сможет разговаривать, ей предстоит серьёзное объяснение.

Глава 7

Всё было серым. Светло-серым. Тёмно-серым. И всех оттенков серого.

Кэт моргнула. Где она? Прищурившись, повернула голову в одну сторону, затем в другую. Похоже, она лежала в каком-то подобии каменного ящика без крышки. Он был большим, размером с двуспальную кровать, и как кровать имел одеяла и подушки. Кто, чёрт возьми, спит в гигантском ящике?

Кэт села, но была настолько слаба, что это получилось лишь со второй попытки, а когда оглядела пространство вокруг, закружилась голова.

— А, Спящая Красавица открыла глазки.

Кэт повернула голову на звук голоса и изумлённо ахнула бы, если воздух не застрял в горле. Гадес? Что он здесь делает? Конечно, было бы легче понять, знай она где это «здесь». «Здесь» казалось пространством из того же камня, что и ящик, в котором она сидела. Железные факелы на стенах давали приглушённый свет, но огонь в камине убивал ощущение фильма ужаса.

— Где я? — голос прозвучал раскатисто, что можно было отнести на то, что помещение походило на гробницу.

— В моём убежище. — Гадес подошёл к дальней стене, где над огнём висела кастрюля. Он был без футболки и огонь из камина освещал кожу, тени очерчивали каждую восхитительную мышцу, когда он повернулся, чтобы что-то налить в чашку.

Боги, Кэт растерялась. Почему она оказалась здесь? Что случилось? Последнее, что она помнила, это как была в кабинете Азагота… нет, подождите-ка. Она же отправилась в Чистилище на поиски человека. Но всё дальнейшее помнила смутно.

Кэт потёрла глаза, которые были такими же мутными, как воспоминания.

— Что со мной произошло?

Гадес развернулся так, как всегда двигался только он — как пантера на охоте. Когда он шёл, даже цепи на огромных чёрных ботинках не звенели.

— Об этом я и хотел тебя спросить. — Он протянул чашку, которая больше походила на чашу и подозрительно напоминала череп без верхушки. — Вот, выпей.

Кэт посмотрела на содержимое и, принимая чашу, едва не выплеснула прозрачную жёлтую жидкость на руку. Жидкость казалась довольно безопасной, в ней не виднелось ни глазных яблок, ни чего-то подобного.

— Пахнет хорошо, — произнесла она, поднеся чашу к губам. — Что это?

— Исцеляющий бульон. Сделан мною из кожи и костей гадюки.

Кэт попыталась сдержать тошноту, хотя жидкость и пахла как куриный суп со специями.

— Спасибо.

Она попыталась вернуть ему чашу, но Гадес покачал головой.