— Нельзя, к сожалению, — ответил Флетчер. — Присмотритесь повнимательнее.

Агент, пожелавший остаться неизвестным, щелкнул кнопкой фонаря и направил его прямо на Ванду. Джастин присмотрелся. Он никогда не видел ее обнаженной при жизни, и разглядывать ее в таком виде после смерти показалось ему кощунственным. Он заставил себя охватить взглядом все тело сразу — так легче было представить, что перед тобой не человек, а некий предмет. Он часто пользовался этим приемом, когда приходилось выезжать на убийство. И только теперь, посмотрев на нее таким отстраненным взглядом, он понял: на руке, плече, груди и животе никакие это не потеки крови… Это слова! Написанное разбиралось с трудом — буквы нечеткие, кровь местами размазана, засохла или смешалась с грязью, но все же он прочитал. А прочитав, в изумлении глянул на агента Флетчера.

— Что, по-вашему, здесь написано? — спросил тот.

— Кто это написал?

— Похоже, она сама. Судя по ее руке.

Луч фонаря сдвинулся чуть в сторону, и Джастин увидел у правой руки Ванды осколок стекла.

— Здесь полно битых бутылок и банок. Видимо, уже умирая, она разрезала палец осколком и как могла написала это послание на единственно доступном холсте.

— На собственном теле. Собственной кровью.

Флетчер кивнул.

— Наверное, ей это было очень нужно, — и повторил: — Что здесь написано?

— Вот это, кажется, «JW», — разобрал Джастин. — А дальше «payback». Прописными и строчными буквами пополам. «C» пропущена. Потом похоже на «Hades». А это вроде «Ali».

«Hades» тоже состоял наполовину из прописных букв, наполовину из строчных. «Ali» не вызывал сомнений — «A» большая, палочка «l», почти такое же «i», совсем бледное, сходящее на нет. Его Ванда, видимо, написала из самых последних сил. Джастин повторил вслух все целиком:

— «JW, payback, Hades, Ali».

— У меня то же самое, — подтвердил Флетчер. — Вам понятно, что это означает?

Джастин, глядя на тело, а не на Флетчера, ответил:

— Вроде бы. Не все. JW — мои инициалы: Дж. У. Джастин Уэствуд. Полностью писать не было времени, поэтому она ограничилась первыми буквами.

— Мы тоже так решили. Поэтому вас сюда и вызвали. А «payback» в каком смысле?

— «Расчет». Это из нашего с ней разговора. Когда мы сидели в машине. Я полагал, что она передо мной в долгу. И мы говорили о том, что нужно сделать, чтобы расчет стал окончательным и полным.

— Кто с кем должен был рассчитаться?

— Она со мной.

— А не вы?

Джастин, не веря своим ушам, покачал головой.

— Вы что, решили, ее убил я? Из мести? Вы думаете, она это имела в виду?

— Попробуйте меня разубедить.

— А вы послушаете? — усомнился Джастин.

— О чем вы с ней днем разговаривали?

Джастин решил, что скрывать не имеет смысла. Слишком много загадочного накопилось в убийствах Эвана Хармона и Рональда Ла Салля, а теперь к ним придется добавить и Ванду Чинкель. То, что он на подозрении у ФБР, его не испугало. О себе он как-нибудь позаботится. Главное сейчас — узнать, что творится. А узнать можно только одним способом — начать говорить самому.

— Я приехал по просьбе родственницы, Виктории Ла Салль, — начал Джастин. — Полагаю, нет нужды объяснять вам зачем?

— Потому что ее мужа убили. И чем, по ее мнению, вы могли ей помочь?

— Не знаю.