-  Елена. Но её фамилии я не знаю. Вряд ли она живёт под своей девичьей, на Новороссии для замужних женщин это не принято.

    -  Тогда глухой номер, - резюмировал Валько. - В Верхнем Новгороде проживает около двадцати миллионов человек, и среди них тьма тьмущая Елен Руслановных. Слишком распространённые имена. - Он отошёл от терминала. - Я так понимаю, что у Эстер должны быть резервные каналы связи с нашей разведкой. Попытаюсь вызвать помощь через неё. Но мне нужен профессиональный компьютер.

    -  Наверху, в моей комнате, - сказала я. - Пойдём.

    -  Нет, ты останешься здесь. Присматривай за пленниками.

    -  Да, ты прав. Тогда поднимайся по лестнице, вторая дверь слева. Только не вздумай рыться в моём белье.

    Уже направляясь к двери, Валько ухмыльнулся:

    -  К тебе возвращается чувство юмора. Это хороший знак.

    Он отсутствовал не более пяти минут. За это время мы с Олегом не произнесли ни слова и избегали встречаться взглядами. Мы оба чувствовали себя неловко - мне было стыдно, что я целый месяц водила его за нос, хоть и не по своей воле, а он, похоже, робел передо мной.

    Наконец из холла донёсся быстрый топот ног, и в гостиную ворвался Валько - бледный как покойник, с лихорадочно сверкающими глазами.

    -  В чём дело? - всполошилась я. - Что стряслось? Ты связался с Эстер?

    -  Нет. Сейчас это… нежелательно. Её лучше не втягивать. Я кое-что обнаружил. Такое…

    -  Ну, что же?

    -  Я подключился через твой терминал к компьютеру твоего отца. И посмотрел, чем он занимался перед уходом. Теперь я всё понял.

    Снедаемая нетерпением, я схватила его за грудки и хорошенько встряхнула.

    -  Так что же ты понял?!

    -  Эти ребята, - Валько указал на мирно спящих рядышком Аню и Сашу, - никакие не доморощенные подпольщики. Твой отец проанализировал досье всех пятерых - Кореевой, Киселёва, Иванова, Компактова и Ворушинского - и выявил в их биографиях одну общую черту. Короче говоря, они агенты извне, внедрённые на Новороссию три года назад.

    Олег потрясённо ахнул. А я почему-то сразу успокоилось. От этой новости ситуация не стала лучше, но во всяком случае прояснилась.

    -  Они не пятидесятники, - сказала я.

    -  Конечно, нет. Они люди. Другой вопрос - откуда они, кого представляют и какие цели преследуют.

    -  Сейчас мы это выясним. Сейчас мы всё выясним. Обождите минутку.

    Я выбежала из комнаты, быстро поднялась на второй этаж, вошла в спальню отца и Анн-Мари, а оттуда - в ванную. Порывшись в аптечке, я вскоре нашла упаковку инъекционных ампул с надписью: «Диметилатропина гидрохлорид». Не самый лучший препарат, зато весьма эффективный, который напрочь лишал человека воли и способности сопротивляться. Я не ошиблась в Анн-Мари - она оказалась достаточно предусмотрительной и на всякий пожарный обзавелась средством для «развязывания языка». Ещё я прихватила из аптечки синергин, после чего вернулась в гостиную.

    Там Валько при содействии Олега деловито обыскивал наших пленников. На журнальном столике возле дивана уже лежали Анины серьги и колечко, пара наручных часов - изящные женские и массивные мужские, телефоны, медальон с золотой цепочкой и несколько пластиковых карточек.