Президент снова прервался, давая своим словам возможность осесть в умах людей.

— Нам был брошен вызов. И мы. Конгресс и народ Вердена этот вызов приняли. С сегодняшнего дня и с одобрения конгресса я приказал привести в состояние высшей боеготовности все наши военные силы. С сегодняшнего дня, пространство наших систем закрыто для рейнских кораблей. С сегодняшнего дня, мы более не являемся партнёрами. Политическими. Экономическими. Мы старались и прикладывали все возможные усилия для того, чтобы мирно существовать с Рейном. Быть равными и цивилизованными соседями. Но их варварские действия показали нам их истинное лицо.

И вновь, повисла короткая пауза.

— С сегодняшнего дня, — вновь повторил Локен твёрдым, как сталь голосом. — Мы дадим отпор. Мы покажем им, всё ошибочность их действий. Верден всегда полагался на силу и добрую волю «слова», но видимо наши действия были сочтены слабостью. Не решительностью. И сейчас, я уверяю вас, мои дорогие сограждане, что это была страшная ошибка. Сейчас мы сильны, как никогда. И нам хватит воли и решимости показать эту силу. Мы, этого не хотели. Но попустительство и чужие амбиции подтолкнули нас к этому. И если войны не миновать, я обещаю вам, мои дорогие сограждане, что Верден никогда не…

Адлер поставил запись на паузу и коснулся своего личного кома.

— Да?

— Господин канцлер, к вам прибыл главнокомандующий Второго флота.

— Передайте ему, что я его жду.

— Конечно. Нужно ли будет что-то подать?

— Нет, в этом нет необходимости.

Ждать Адлер пришлось не долго. Прошло не более минуты, как двери за его спиной открылись. Канцлер Рейнского Протектората неторопливо поднялся со своего кресла и повернулся к замершему за его спиной Филиппу. Адмирал был абсолютно спокоен для человека, допустившего подобный провал. На его непоколебимом лице застыла маска холодной уверенности, а во взгляде небыли и тени сомнения.

Несколько мгновений они молчали, смотря друг на друга. Словно выжидая, кто из них сделает первый ход в этой игре. Подобно противникам в шахматной партии, которые изучают друг друга, пытаясь найти бреши в обороне ещё до того, как будет сделан первых ход.

Но ждать бесконечно было невозможно. Любая игра начинается с первого хода.

— Объяснись, — приказал Адлер спокойным голосом.

— Это, моя ошибка…

— Разве я просил тебя оправдываться, Филипп? - мягко прервал его Адлер.

Штудгард едва заметно поморщился. Вряд ли бы кто-то, кто знал его не столь же хорошо, как стоящий перед ним человек, заметил бы это.

— И тем не менее, мы совершили ошибку и недооценили скорость, с которой действовали Верденцы.

— Почему это произошло?

— Данные нашей разведки оказались не полными… - Филипп замолчал, обдумывая свои следующие слова. — Точнее будет сказать, что мы не учли несколько факторов. Предполагалось, что им потребуется больше времени на комплектацию и развёртывание подразделений. Аналитики службы внешней разведки сделали вывод о том, что вереницам потребуется больший срок на выработку стратегии и сбор достаточно крупной группы для «адекватного» ответа на наши действия. Ещё до выборов, верди сконцентрировали на Траствейне оперативную группу, подразделения которой они очевидно хотели использовать в ответ на наши действия по захвату контроля в узловых системах. По крайней мере, так считают наши аналитики.