Не в последнюю очередь по той причине, что Ричард Эйхарт, с одобрения и личной просьбы Остерленда, проводил тайное расследование внутри комитета по разведывательно деятельности. Структуры, которая связывала РУФ, находившейся под контролем военных с гражданской властью.

— Шестой отдел?

— Да. Похоже, что Ричард решил действовать сам, без оглядки на юрисдикцию.

В его голосе явственно звучало облегчение. Это чувство было настолько сильным, что Блауман даже на мгновение запнулся и посмотрел на Остерленда. За панорамными окнами мелькали возвышающиеся и величественные колонны городских башен Франкса. Картинка за окном начала меняться, когда поезд свернул по магистрали и по вагону пронёсся предупреждающий электронный голос, сигнализирующий о том, что поезд прибывает на станцию. Какой-то мужчина, на вид гораздо старше Риваля протиснулся мимо него и прильнул к стеклу.

— Эй! Почему мы не тормозим!

А ведь правда... Риваль только сейчас заметил, что поезд так и не сбавил хода, двигаясь всё с той же скоростью.

Но когда его глаза скользнули за спину раненого адмирала, в самый конец уже пройденного ими вагона поезда, то они моментально расширились от ужаса.

Одновременно с предупреждающим криком, он толкнул Остерленда на пол, падая вслед за ним. В тот же миг воздух за ними прошил целый вихрь импульсных выстрелов. Заряды импульсных винтовок играючи разорвали внутреннюю отделку вагона, разметав её веером из осколков металла, пластика и керамики, которые разлетелись по внутреннему пространству поезда раня находившихся в вагоне людей.

Извернувшись Блауман ударил ладонью по сенсорной панели. С тихим шипением двери перехода скользнула в сторону перекрывая проход и создавая иллюзию безопасности. Но жестокая реальность моментально разорвала эту иллюзию в клочья. Новый поток выстрелов изодрал эту преграду в клочья прямо над головой у Риваля, оставляя на её поверхности дыры с рваными краями. Практически не потерявшие скорости дротики прошли через весь вагон, пронзая кресла и наполняя воздух облачками кровавых брызг. Те несчастные, кому не повезло оказаться в этот момент на линии огня уже ни чем нельзя было помочь. Несколько человек бросились к боковой лестнице, которая вела на нижний уровень поезда. Молодая девушка, с заляпанной кровью одеждой споткнулась о тело уже мёртвого или умирающего мужчины и упала прямо на ступени.

Рука Остерленда сжалась на воротнике его измятого и перепачканного кровью форменного кителя.

— Риваль...оставь меня.

— Сэр?

— Уходи немедленно, — Остерленд почти прошипел эти слова ему в ухо. — Ты должен...

Командер мотнул головой и начал подниматься на ноги и пошатнулся, едва не упав, когда поезд начал поворот.

— Адмирал я...

— Заткнись! — Используя здоровую руку, Дэвид достал из внутреннего кармана небольшой, едва ли больше ногтя большого пальца инфочип и резко вложил его в скользкие от крови пальцы своего помощника. — Забери это и немедленно уходи. Я не позволю что бы...

Металические пальцы прошли через рваный от попаданий метал двери и сжались на ней с механической точностью. Одним лёгким, словно играющим движением, АРК отодвинул искорёженную дверь в бок.

Звуки этого хаоса были восхитительны. Стоящий в центре вагона мужчина почти физически чувствовал царящий в поезде страх. Это ощущение витало в воздухе, словно терпкий утренний туман. Все эти люди. Мужчины и женщины оказались заперты в поезде, не способные покинуть его. Находившееся в ловушке и без возможности как то сбежать от опасности. И всё из за того, что его цель решила воспользоваться поездом для побега.

Конечно, было бы куда проще, если бы Остерленд погиб бы ещё при крушении своего собственного флаера, но возможность того, что он выживет была просчитана.