Я не выдержал:

– С такой-то раной, Гравой? Побереги силы.

Он, заставив меня удивлённо вскинуть брови при виде такой открытой эмоции, хмыкнул:

– Не в ней дело. Сил у меня ещё полно, разрушено тело, которое должно повелевать, проводник силы, а не сердце. Я даже не знаю, кого винить в случившемся.

– Винить?

– Да. Столько всего случилось в один день, что иначе как судьбой это не объяснить. Сначала кто-то вмешался в схему оазисов.

– Вмешался?

– Ты тоже ранен? – Гравой поразил меня ещё сильнее рассмеявшись. – Оглох от своих же заклинаний?

– Н-нет.

– Кто-то, не спеша, оазис за оазисом, вмешивался в Великое заклинание, смещал баланс. Сколько я ни просеивал эти пески, так и не сумел найти неучтённых оазисов. – Я замер, внимательно слушая Гравоя и одновременно вспоминая слова Ильмара. – Пытался противостоять изменениям, но даже твой оазис с огнём не спас Таттву.

Я не сумел сдержать злости:

– Значит, это правда?

– Что именно?

– Я встречался с одним из магов. С Ильмаром. Он считал, что изменение Великого заклинания – это дело рук Стражей и готовился к этому.

– Ильмар? – Гравой задумался, качнул головой. – Не помню, чтобы он был настолько хорош. – Видя моё непонимание, пояснил: – не всякий Страж из «хранителей», отдав сотни лет оазисам, сумел бы засечь изменения Таттвы. Ему банально не хватило бы силы и опыта.

Меня снова задело это пренебрежение:

– Даже если он гений?

Гравой отмахнулся:

– Даже если он гений. А знаешь, вы вообще не должны были встретиться. Оазис Ильмара далеко от твоего, ему нечего было делать в тех местах. Если только… – Гравой снова ухмыльнулся, – его не послали туда.

– Что?

– Я искал оазисы, позабыв, что есть старый способ поддержки Таттвы.

Я сообразил:

– Развалины?

– Да, Костуры. И их он отыскать сам не мог. Ему помогли.

– Значит, – я помедлил, но сказал это, – все же Стражи.

– Досадно, но, похоже, начали всё и впрямь мои собратья. Кто-то из «затворников».

Невольно я обернулся на поле трупов, указал на них Гравою:

– Вот это называется затворничество? Остаться с этим один на один?

– Так и происходят здешние битвы, гардарец. Раз за разом, сотни лет.

– Не ты ли, – я снова в запале забыл о вежливости, – Гравой, говорил мне об опасности? Что тёмные не должны найти Сердце Мира?

– Ты прав. Нам повезло, что всё это выпало на мою стражу. Окажись здесь кто послабее и «затворники» первые бы вырвали себе все волосы. Скажу честно – это была лучшая моя битва. Да и на горизонте отлично полыхает, боги гибнут там один за другим. Теперь, думаю, у нас будет несколько десятков лет относительного спокойствия. Посвящение, после которого избранные становятся богами, не может происходить по щелчку пальцев. К силе нужно привыкать.

– Ты смеёшься, но я не вижу поводов для смеха. Погибли мои товарищи. Насовсем. Они не вернутся и не встанут рядом со мной. Даже через сотню лет.

– Я знаю, Аор, я знаю. Я помню, что они не Стражи, а обычные люди. Мне жаль, но не думай, что план «затворников» был именно таким. Никто не хотел того, что вышло.

– Это как?

– Твой Ильмар ходил по Костурам, разрывая руины и замыкая в них рунные круги.