|
Теперь в одной только нашей роте было три человека, обладавших подобной наградой. Главным же было то, что за заслуги в войне с Зелоном я получил право использовать именование «де» и стал Аором де Ранидом, что означало не только признание, но и немалые привилегии. Должен сказать, вот эта новость и приказ, подписанный легатом Хтароном, который я сжимал в руке, произвели на меня даже большее впечатление, чем орден Сияния. Часть церемонии награждения улетучилась из памяти. Я не знал даже как вернулся в строй, придя в себя лишь когда на площади наступила тишина. Недолгая. Голос Хтарона снова рванулся к небу, усиленный магией:
— Солдаты, сержанты и офицеры западной армии. Вы видите перед собой тех, кто дважды принял на себя всю мощь ударов Зелона и темных. Многие из них лежат в безымянных могилах на этой земле или под этим храмом Создательницы. Вы видите перед собой тех, кто умирал и побеждал, чтобы Гардар сумел собрать силы в кулак. Мы надеемся, что вы примете из наших рук эту ношу и эту гордость и уничтожите Зелон окончательно. Раиду Опилу! — Раиду Опилу! Думаю, что первоначальные планы легатов и Повелителей были другими, но Илиз и столь большие потери в нашей феме заставили их все изменить. Все десять рот, шесть нашей стены и четыре успевшие прийти нам на помощь, потерявшие личный состав, получили пополнение и еще две недели отдыха. Нам просто перевели бойцов и големов из одной из трех фем западной армии, расформировав для этого часть их рот. Вот только вперед, на север ушли другие, а наша фема так и осталась в Кернатуме, и нам теперь не участвовать в новых битвах. С другой стороны, может быть легат Хтарон и прав. Пусть раненые поднялись на ноги, но воевать бесконечно невозможно. Он вообще просил у нас прощения, что всего две дополнительных недели — это очень мало, но не может пока дать нам полноценного отдыха и отправить в Гардар. Но это было уже чересчур. Мы и так месяц как взяли Кернатум. Уйти из Зелона тогда, когда ничего еще не закончено? Против такого мы и сами были против. Еще ничего не закончено. Майор Стирой ткнул в карту, отмечая небрежным кружком крохотный посёлок: — Здесь вообще сплошь мертвецы. Каир нахмурился и переспросил то, что я понял сразу из доклада: — Это как? Некроголемы? — Мертвецы, — повторил командир бригады и, не найдя понимания на лице моего канцеляриста, вздохнул. — Верный посёлка согнал их на площадь и заставил убивать друг друга. Выживших добил сам и сидел, ждал посреди побоища. Чего ждал — непонятно. От разъезда бросился бежать. Поймать поймали, а он — сумасшедший: пену роняет и словно речь отнялась. — Да уж, — я с трудом удержался от ругательства. — Приказ отдал, а уж потом речь отнялась. Скотина! — Забудь, — отмахнулся Стирой и принялся расставлять небрежные метки дальше: у побережья и уводя цепочку знаков к горам. — Вам достались поместья мелких магов. Тут целая область вдоль гор и побережья, где им выделяли земли и людей. В основном магов жизни.
— Мелких насколько? — уточнил Каир, непроизвольно касаясь головы немногим выше уха, куда пришелся удар химеры. Мне это не было столь интересно. Теперь нам не нужно выигрывать время, а значит, все будет предельно рационально. Кто по силам полутора сотням людей с артефактной броней и оружием, полусотне строевых големов и двум магам? Бакалавры? Смешно. — Вплоть до мастеров, — огласил мои мысли Стирой. — Не забывайте, что большая часть их была вне подчинения Виарта. Относитесь с осторожностью, мало ли что? Вдруг кто-то не сбежал? — Лучше расскажи, что за вести привёз фельдъегерь с севера, — я выжидающе взглянул на по-прежнему худого майора. Он хмыкнул, снова потянулся к карте: — Кердитар, — карандаш обвел город на севере, — и Витом, — новый кружок далеко на востоке, на другом краю Зелона, — взяты. |
