Береговая группа уже на позиции, и потому я приказал играть туземцам побудку. Левый борт окутался дымом, восемь пушек, стреляя как на полигоне, ударили ядрами по крайним хижинам. Насколько я помню, там рыболовные снасти храниться и лодки. Канониры резво перезаряжали орудия, пока три вельбота с десантом отходили от борта корабля. Мои морячки горели энтузиазмом, сейчас это обычная практика захвата рабов, и многие из них уже неоднократно участвовали в подобных мероприятиях. На берегу можно будет порезвиться, пострелять и может быть даже трофей какой урвать! Понятно, что всё самое крупное и ценное придётся сдать Дайону, для последующего учёта и распределения, но мелочёвку то можно и за пазухой спрятать! Так что добровольцев в морскую пехоту у меня было хоть отбавляй. На лодках плыли и все десять моих бывших пленников, для отличия от врагов, одетые в белые парусиновые рубахи и штаны. Они хотели поквитаться со своими обидчиками не меньше меня, и выпросили у меня право быть во главе атаки. Я не возражал, бывшие рабы вправе покарать тех, кто обрёк их на рабскую долю. Выдав каждому по большому тесаку, я благословил их на бой, велев после разборок на суше, явится ко мне, для официального освобождения и получения последних персональных заданий. Мне нужны союзники на берегу, и угнетаемые племена к которым относились бывшие пленники и которые готовы мстить за обиды, мне будут весьма кстати.

Между тем на берегу, бесцеремонно разбуженный посёлок начал стремительно оживать, мгновенно погрузившись в хаос. Крики и вопли жителей доносились до корабля, по берегу металась испуганная толпа полуголых мужчин и женщин. Завидев на воде черный корабль, окутанный дымом, дикари бросались прочь, стремясь скрыться от приплывшего к ним ужаса и смерти.

Прежде чем вельботы достигли береговой черты, канониры успели дать ещё два залпа, сея на берегу разрушение и смерть.

Вельботы достигли берега одновременно. Десять белых фигур тут же бросились вперёд, а моряки, возглавляемые Аланом, построились в нестройную шеренгу и дали залп из мушкетов куда-то в глубь деревеньки. Скрывшись в пороховом дыму, десантники шустро перезаряжались, не предпринимая попыток атаковать. Как только мушкеты будут заряжены снова, мои матросы пойдут на зачистку. Я не был уверен, что в горячке боя не пострадают невинные, однако всех строго предупредил, что женщины и дети не должны пострадать, под нож предполагалась пустить только мужское население бандитского посёлка. Наверняка не послушаются, но совесть моя будет спокойна, я сделал всё что мог. Сейчас мне оставалось только ждать итогов атаки.

Бой занял от силы полчаса. Все направления бегства моим морякам прикрыть конечно же не удалось и часть населения успела скрыться в пальмовых зарослях. Один из вельботов прибыл доложить о победе и вскоре я был на берегу.

Бойня, другим словом это было не назвать. Всюду валялись полуголые тела дикарей. Кого-то настигла пуля, кто-то пострадал от картечи, которой мои артиллеристы сделали последний залп, но большинство имели колотые и резанные раны. Среди убитых попадались и женщины, но на моё счастье, детских тел видно не было. Уцелевших защитников, а также всех женщин и детей, мои моряки согнали в центр поселения, где было что-то вроде площади.