— Да ты ведьма, ты творишь заклятья! — прошептал Георгий потрясенно. — Я хочу тебя даже сильнее, чем вчера ночью…

Губы Мария кривились и дрожали, сознание мутилось, словно от какого-то мощного снадобья. Устремив взгляд на красивое смуглое лицо, она чувствовала, как отступает гордость перед чем-то, куда более властным…

Руки Георгия стиснули хрупкие плечи, привлекая ее все ближе, ближе… Бороться она не могла, да и не хотела. Объятия делались все более страстными. И вот Мария ощутила силу его желания. Когда губы их соприкоснулись, исчезли все мысли до одной. Мария оказалась во власти неумолимой силы.

Георгий опустился на стул, не выпуская ее из объятий, рука скользнула в вырез просторной майки, лаская грудь. Нащупав бюстгальтер, он застонал от досады. Не отрываясь от ее рта, профессионально справился с застежкой… и жестом собственника коснулся обнаженной груди. Мария теряла разум. Если бы она в этот момент стояла, то упала бы как подкошенная.

Дыхание Георгия с хрипом вырывалось из груди. Черные брови сурово сдвинулись, веки «пустились. Казалось, он неимоверным усилием пытается овладеть собой…

— Ты сводишь меня с ума, моя малышка, — хрипло пробормотал он. — Наверное, провести медовый месяц за работой-далеко не самая лучшая мысль.

Он внезапно поднялся, не выпуская Марии. И вдруг решительно смахнул с рабочего стола на пол бумаги, которые веером разлетелись по комнате.

— Впрочем, если мне хочется заняться любовью со своей женой в разгар рабочего дня, это только мое дело!

Ресницы Марии затрепетали.

— Я вовсе не твоя… — забормотала она и неожиданно осеклась. Нет, не правда, я его жена, кричало все ее существо.

Стягивая с нее майку, Георгий вновь приник к ее губам, застонав от наслаждения. То, что делал с нею каждый его поцелуй, было непостижимо. А Георгий уже стягивал с нее юбку, которая явно не предусмотрена была продуманным им сценарием.

Трепещущая Мария и тонула в его бездонных, полыхающих страстью глазах, и чувствовала себя жертвой, добровольно легшей на алтарь.

— Я изнываю по тебе… — прозвучал его дрожащий бархатный голос. — Как я жажду тебя, маленькая моя…

И губы его сомкнулись вокруг ждущего ласки розового бутона соска. Горячая волна наслаждения захлестнула Марию, а его губы скользили все ниже и ниже, пока не достигли нежного живота. Это была пытка, невыносимо-сладкая и мучительная… Пальцы его проникли под резинку ее трусиков, готовые коснуться самых потаенных мест, уже охваченных пожаром… И тут Георгий внезапно замер, схватил скомканную майку и набросил ее на нагую женщину.

Он оказался у дверей в тот самый миг, когда послышался звон разбитого стекла и еще какой-то резкий металлический звук.

Мария испуганно хлопала ресницами. Она фактически голая-из одежды на ней оставались лишь жалкие трусики-средь бела дня валяется на рабочем столе Георгия словно… Боже праведный!

Георгий выглянул в коридор и тут же захлопнул дверь.

— Одна из горничных несла мне кофе. Тео остановил ее, так при этом напугав, что девушка уронила поднос… Знаешь, я позволял себе такое, лишь когда был зеленым подростком… — вдруг ухмыльнулся он.

— Пошел вон! — закричала Мария.

— С какой стати?

Наваждение кончилось, Мария была готова сквозь землю провалиться.

— Выйди и дай мне одеться!

— Не думаешь, что это будет… гмм… несколько странно?

— Неужели ты не можешь хоть раз выполнить мою просьбу? — Голос Марии дрогнул. — Неужели ты всегда будешь спорить?

Георгий постоял еще мгновение и послушно вышел.