Яна все-таки всхлипнула, прижавшись к груди женщины: почему ее мать другая? Когда она обнимала своих дочерей, успокаивала? Почему чужая мать внимательна и ласкова с незнакомкой, как с родным дитя, а родная мать, что кукушка?

Авилорн, заглянув в зал, понял, что ему лучше пока не появляться. Мама сделает все, что нужно: успокоит, отогреет и приручит его жену. Жену… Авилорн качнул головой и, позвав соулора, направился по знакомому маршруту — в рощу Фей.

Прохлада рощи, сочность живых красок леса и беспечное пение птах не развеяли грусть, как обычно. Он отпустил соулора и прошел к ручью в надежде встретить там Эстарну. В этот час она обходила заповедные места и ее можно было увидеть, поговорить. Сегодня она ждала его, стояла у одинокого ясеня над ручьем. Сердце эльфа забилось сильней: Эстарна…

Девушка обернулась, а парень припал ладонями к шершавому стволу, жалея, что нельзя до нее дотронуться. Так и стояли двое, глядя друг другу в глаза под сенью листвы ясеня. Он шумел, не понимая глупых условностей. И не объяснить ему, что за печаль владеет сердцами когда-то влюбленных. Эстарна видела, понимала, что Авилорна ведет к ней привычка, не желание верить, что все кончено. Его душа и сердце давно свободно от любви к ней, но иная привязанность не спешила появиться в его жизни и эльф жил памятью встреч, надеждой на возрождение опавших как листва чувств.

`Мы так устроены, нам нужно жить ради кого-нибудь иначе наши силы иссякают как источник, но, милый Авилорн, я не та к кому тебе стоит стремиться, не та ради кого бьется твое сердце. Все это обман, иллюзия, что дорога тебе привычной, но пустой целью. Оставь мысли обо мне, я принадлежу лесу и ручью, лугу и небу. Забавы детства давно закончились, у каждого из нас свой путь', - почему-то именно сегодня эльф вспомнил слова любимой и особенно остро ощутил боль разлуки? Нет, уже не прощание до завтра, когда жив надеждой, а прощание навеки, когда четко осознаешь, за горизонтом завтра ты будешь один, и пуст пейзаж, и краски серы, уныл твой путь, душа мертва.

`Надежды прах мне сердце жжет… я не могу тебя оставить'.

`Себя не можешь ты найти, того, что у меня оставлен'.

`Не правда, милая Эстарна, я здесь и там, но все равно с тобой'.

`Ты сам претишь своей свободе и мучишь нас обоих, но к чему? Возьми себя иди, и не оглядывайся больше, нам дальше вместе не пройти. На сердце камень — тяжка ноша, я заберу ее себе, тебе же дам покой взамен. Ты не отказывай, подумай, сколь долго можно мучить так себя, что высохла душа твоя. Я рядом милый, рядом навсегда, но я сестра твоя, а не жена.

`Опять и вновь гоним в печали'? — невесело улыбнулся Авилорн.

`Иди. Открыт твой путь, легки шаги, иди вперед… ее люби'.

`Уже ты знаешь и о ней'?

`Да, ветер приходил с полей'.

`Мне жаль'…

`Не так — ты огорчен, раздавлен, раскис и сник, как колос без дождя, но то иллюзия твоя. И пары Лун над Ведимором не пройдет, как в вас привязанность и радость оживет'.

`Она озлоблена, груба, сама не ведает себя.

'На то есть ты и род эльфийский, открой ей сердце, обогрей теплом…

`Потом…

`Сейчас.

`Да что мне в том? Речь о тебе, о нас'…

`О ней: теперь навек — жене твоей. Иди, ты нужен ей, а мне мои леса милей'.

`Как сладко ты поешь, но больно слушать'

`А гнать тебя поверь еще больней, но каждый волен лишь в судьбе своей.

'Я о такой и не просил.

'А я не сетую — достало сил.

`И больше нечего тебе сказать'?

`О чем мой милый Авилорн'?

`О нас'.

`Нас нет давно',

`Как горько слышать… Решено?

'Иди'.

'Иду… Но вновь вернусь, мне сердце разрывает грусть'.