— Очень старое заклинание, — невесело усмехнулась она. — Вот уж не думала, что когда‑нибудь пригодится. Это, знаешь ли, из «Книги бесполезной магии», есть такая. Туда собраны разного рода заклинания, которым так и не смогли найти применения. В том числе и это… оно, если верить написанному, должно показать, что здесь была кем‑то использована магия дальнего разговора.

— Почему же оно бесполезное?

— Потому что уже много веков никто не знает, что такое эта магия дальнего разговора, — вздохнула волшебница, одним резким движением кисти заставляя зеленый рой погаснуть. — Многое забылось, я рассказывала. В том числе и это… А вот Дерек — он, пожалуй, мог владеть этим знанием, оно происходит как раз из тех времен. А значит…

Денис замер. Слух, обостренный недавно перенесенным стрессом, уловил за дверью подозрительный шум.

— Тихо, — прошептал он одними губами. Его рука потянулась к кинжалу, уже извлеченному из тела и очищенному от крови.

Дальнейшее произошло столь быстро, что он ничего не успел ни сделать, ни сказать. Дверь слетела с петель, и в проеме появилась темная фигура. А в следующее мгновение с пальцев Таяны сорвался огненный шар и расплескался по груди стоящего в дверях человека. Волна жара ударила в лицо Денису, ему показалось, что затрещали, вспыхивая, волосы, и он одним движением под аккомпанемент вопля моментально вспыхнувшего убийцы опрокинул Таяну на пол и прикрыл ее своим телом.

Когда он осторожно поднял голову, в комнате было не продохнуть от дыма. Часть стенных панелей почернела, кое‑где плясали язычки пламени. На полу, у порога, виднелась скрюченная фигурка, ранее, видимо, бывшая человеком, а теперь чудовищно обугленная, источающая отвратительный запах паленого. И Денис не был уверен, что такой же запах сейчас не исходит от него самого — волосы наверняка пострадали.

— Ты с ума сошла, — пробормотал он. — Эти шуточки с огнем в закрытом помещении до добра не доведут.

— Я… испугалась… — просипела с пола волшебница, и Денис вдруг осознал, что все еще прижимает ее к доскам всей своей немаленькой массой. Он встал, помог подняться девушке. Затем осторожно выглянул в коридор — как и следовало ожидать, по обе стороны от дверей безвольными куклами лежали стражи. И не подавали признаков жизни.

Он неосторожно задел останки убийцы, и тот моментально рассыпался кучкой даже на вид неприятной жирной сажи. Не уцелело ничего — ни одежда, ни кости, ни металл… если он был у ночного воина.

— Досадно, что этот тоже ничего уже не расскажет. Но в этом есть и кое‑что хорошее…

— Что? — Голос Таяны звучал слабо, воздух, наполненный дымом, явно был не предназначен для дыхания. Она закашлялась.

— Ты не спалила весь дворец.

Кай Гэрис, в полном боевом облачении, стоял посреди зала, где недавно принимали Дорха дер Лидена. Позади него сверкали латы десятка воинов, каждый из которых ни ростом, ни боевым умением не уступал своему командиру. И оружие они держали наготове.

Центурион не принял приглашения сесть. Черри Лесс расположилась в своем кресле, в котором она всегда принимала тех гостей, которые настаивали на личной встрече. За ее спиной возвышался Утар Белоголовый, живая легенда преступного мира Империи. Впрочем, Дикая Кошка Черри тоже была уже живой легендой. Словно демонстрируя свою добрую волю, они приняли разъяренного центуриона вдвоем — хотя Гэрис прекрасно знал, что в доме наверняка находится не менее десятка бойцов Гильдии, готовых примчаться на первый же подозрительный звук.

— Я требую объяснений! — Его голос обещал Гильдии вообще и Дикой Кошке в частности массу неприятностей в самом ближайшем будущем.