Результат оказался неожиданным. Мое «видение сути» подарило мне понимание того что этот унылый меч только часть большего. Как кусочек пазла. Или даже как семя, посеянное и готовящееся взойти.

Ярик просто рассказал историю меча, с подробностями вроде шести убитых этим мечом големов.

В тот конкретный момент я просто чувствовал себя победителем, рассказывая о том что понял, глядя на меч Кроу. И не сразу заметил, как Диана и Орм хмуро смотрят на свое оружие. Знаешь, залог хороших отношений с человеком, это правильный выбор тем. Я заткнулся, и больше не поднимал никогда тему об оружии Перейро. Захотят — сами начнут.

Но беда пришла, откуда не ждали.

На следующее утро Ярик растолкал меня раньше всех, и и шепотом попросил идти за ним. А когда мы отошли от Орма и Дианы, он попросил застрелить его из арбалета.

Глава 18 Гора трупов и милый дом

Склонность к суициду вообще штука распространенная. И если ты сейчас закричишь что ты то уж точно никогда в петлю не полезешь, то ты просто себя обманываешь. Если как следует повспоминать, то наверняка у тебя случалось продолжительная болезнь. Или даже непродолжительная. Сильная простуда. Отравление. Перелом. И в определенный момент, когда тебе уже долго плохо и муторно, приходит смирение, и ты отстраненно думаешь — хоть бы уже сдохнуть и не мучиться. Стадия принятия, так сказать. Есть в нашей душе гниловатая подпорка, которая готова сломаться и обрушить любого из нас в бездну при первом же удобном случае. Трудно сказать, как именно это работает. Когда депрессию признали болезнью, и начали разбираться, выяснилось что апатия и суицидальные мысли довольно легко купируются маленькими веселенькими таблетками. Сначала схватились за это. Казалось, ответ на поверхности, достаточно наладить нашу биохимию, подправить немного гормоны тут, слегка добавить витаминов здесь — и мы, коллективное человечество, обретем счастье.

Нет. Оказалось, что проблема сложнее. И запрятана, большей частью, в сложном механизме нашего мышления. В котором еще разбираться и разбираться. Будучи человеком не один год работавшем в офисе, с самоубийцами я пару раз сталкивался. И потому, когда Ярик попросил в себя выстрелить, я удивился конечно, но не сильно. Вообще, обычно люди планирующие окончательную эмиграцию, ведут себя тихо, и поддерживают впечатление что они если не счастливы, то жизнью довольны. Что меня действительно удивило, так это мои действия.

Я молча натянул арбалет, и наложил бронзовый болт, из родного комплекта. Берег для особых случаев. Видимо, это как раз он. И прицелился в Ярика, на секунду задумавшись, куда лучше выстрелить — в голову или сердце.

— Нет, погоди! — испуганно замахал руками Ярик — Я имел в виду тупым болтом. Я меч испытать хочу, он его отбить должен. — У Ярика действительно в руках был меч, который мы у Кроу отняли.

— А! Ща. — сделал умное лицо я, и полез за тупым болтом. У меня и правда было два тренировочных болта, с вырезанными из резины мячей толстыми насадками. Предполагалось использовать эти болты для тренировки. При ударе они не разрушались, и можно было вроде бы как не мучится с мягкой мишенью. Но, как я уже говорил, для каждого болта надо было тренироваться отдельно, так что тренировочные болты оказались бесполезны. Но я все же их носил с собой на всякий случай — слишком много труда на них потратил. Я достал один, приладил на арбалет и выстрелил. Сделал это довольно быстро. Ярик охнул. Меч в его руке дернулся, и отбил мой снаряд в сторону. Без паузы я зарядил арбалет вторым тренировочным болтом, быстро подошел ближе, и разрядил его в лицо Ярику метров с пяти. Тот отшатнулся, в сторону, и болт пролетел мимо. Меч в руке Ярика никак на этот не среагировал. Видимо надо было, чтобы снаряд представлял опасность.