Лицо Годунова наливается багровым от гнева.

— Да как вы смеете! У вас ничего нет на меня! Только трёп и эта… птица! Это оскорбление!

— Неужели? — спокойно бросаю.

Он резко вскакивает, и в воздухе начинает ощущаться напряжение. Ещё немного — и он, кажется, наденет доспехи. Всполохи молний пробегают по его бороде, рука уже потянулась в мою сторону. Что ж, собирается схватиться? Но в этот момент дверь резко открывается, и всё меняется.

— Вау, какой роскошный интерьер! И как здесь пусто, — произносит лорд Гагер с непринуждённым видом.

Годунов замирает, словно наткнулся на стену. Гагер осматривает помещение с лёгкой улыбкой, словно искренне удивлён. Взгляд лорда-дроу цепляется за застывшего соляным столбом Годунова.

— Господин боярин, и вы здесь?

Годунов, сбитый с толку, резко бледнеет.

— Да… я здесь. А вы?

— Тоже, как видите. У меня встреча с лордом Филином, — пожимает плечами Гагер, небрежно кивая в мою сторону.

Я сохраняю невозмутимость и спокойно добавляю:

— Верно, лорд Гагер. Добро пожаловать! Присаживайтесь. Здесь, кстати, отличная треска. Рекомендую попробовать.

Гагер весело кивает, усаживаясь за стол:

— Тогда непременно закажу.

Годунов всё ещё стоит, явно потеряв ориентацию в происходящем. Приглашающе махаю ему рукой:

— Садитесь, Федот Геннадьевич. Нам всё-таки есть что обсудить. Как вы, наверное, уже поняли.

Постояв, он подчиняется, осторожно опускаясь на стул.

Я киваю официанту:

— Подайте ещё трески, пожалуйста.

Тем временем лорд Гагер, откинувшись в своём кресле, бросает на Годунова взгляд, в котором читается лёгкое презрение:

— Лорд Данила, какой интересный замысел — пригласить нас обоих. Только вот в чём же цель?

— Цель проста, — отвечаю я, улыбнувшись. — Мне всего лишь хотелось обсудить с боярином, как ловко он организовал операцию по моему перемещению. В моём же городе, да ещё в самом охраняемом месте.

Годунов застывает, выпучив глаза. Гагер, напротив, усмехается весело.

— Да, было дело… — протягивает он, разглядывая Годунова, как интересную картину.

— Вы оценили вклад Федота Геннадьевича? — спрашиваю я, пытаясь вытянуть чистосердечное признание у кого-нибудь из этих двоих. Не зря же сюда притащилась Охранка.

— О, ещё как, — кивает Гагер, беря в руки вилку и небрежно вертя её. Как раз и официант принес блюдо. — Знаете, боярин был так любезен, что предоставил своих людей для небольшой вашей проверки. Хотелось протестировать вас, лорд Данила, на пригодность к службе.

Годунов резко оборачивается к Гагеру, его лицо полыхает смесью недоумения и ярости.

— Протестировать? — восклицает он, потрясённый. — Но вы же сказали, что хотите его уничтожить, лорд Гагер!

Гагер небрежно пожимает плечами, с усмешкой пробует кусочек своего блюда.

— Это я вам так сказал, — отвечает он, глядя прямо в глаза Годунову, — а вы поверили. На самом деле, вы просто выполняли мою прихоть. Думали, что я вам помогаю? Ничуть. Я лишь хотел проэкзаменовать перспективного будущего подданного.

Уже в который раз Годунов багровеет от гнева. Его лицо становится похоже на перезревший плод, а кулаки сжимаются так сильно, что кажется, ещё немного — и он впечатает их в столешницу. Но страх перед Гагером, удерживает его на месте. Боярин лишь сидит, кипя от ярости, но ничего не может предпринять.

Ну вот, своё я получил. Теперь Годунова ждёт уютное местечко в казематах Охранки. Заслужил, что тут сказать.

Гагер, заметив его кипящее состояние, бросает ледяное:

— Годунов, мне кажется, вы здесь засиделись. Вам пора.