— Да, — произнесла она, медленно и печально, — рассказал священнику.

— Ты знаешь? — удивился он, недоуменно встряхнув головой. — Ах да, конечно. Ты все знаешь.

— Я знаю все о тебе, милый. Я знаю, когда ты силен, когда тебе больно, и…

— И когда я слаб? — закончил он. Их взгляды встретились, даже через сумрак теней. — Ты все обо мне знаешь. Значит, понимаешь, что я не могу уйти в отставку.

— Не имеет значения, — проговорила она. — Что бы ты ни сказал ему, кто бы ни знал об этом… не важно.

— Ничего уже не имеет значения.

— Неправда, Том. Мы имеем значение, — возразила Элизабет. Она почувствовала, что сейчас расплачется, впервые за много-много лет. — Видит Бог, мы важны друг для друга.

— Нет, — вздохнул Том Адамсон. — Кто-то знает о Гедеоне. И потому ничего не имеет значения.

В комнате стало тихо. Извне, от окна, не доносилось никаких звуков. Словно остальной мир исчез.

— Вернись в постель, — позвала она его.

Том Адамсон устало кивнул. Бросил последний взгляд на ее сад, просыпающийся под первыми лучами восходящего солнца.

— Иду, — ответил он.

Но, даже произнося это, думая обо всем, что они делили на двоих, о том, чего достигли, а потом потеряли, он знал, что время ухода близко.

Они проснулись в объятиях друг друга. Аманда первой открыла глаза и минуту или две смотрела на спящего Карла. Солнце изо всех сил пыталось пробраться через окно мотеля, занавешенное плотными шторами. Его лучам удалось проникнуть ровно настолько, чтобы слабым светом озарить клочок заляпанного коричневого коврика в ногах большой кровати.

Карл заворочался. Аманда увидела, как он открыл глаза, обвел недоуменным взглядом комнату, на миг растерявшись. Затем заметил ее. Карл улыбнулся, и замешательство в его глазах сменилось нежностью. Он обрадовался, увидев Аманду, и ей это было приятно.

Она знала: им нужно многое сказать друг другу. Очень многое. Но с этим можно не спешить. Что сказал герой Хамфри Богарта героине Ингрид Бергман в фильме «Касабланка»? «Проблемы двух людей в этом мире гроша ломаного не стоят». Правильно. Выяснение отношений может подождать. Сперва необходимо решить проблемы поважнее. Они с Карлом подобрались к Гедеону. Так близко, что чувствуют его присутствие.

Прошло всего лишь полчаса с момента пробуждения, а они уже успели одеться, выпить крепкого черного кофе, забраться в обшарпанный украденный грузовичок и отправиться дальше.

Карл и Аманда медленно ехали по улицам Уоррена, впитывая его атмосферу, стараясь запомнить планировку города и все мало-мальски стоящие достопримечательности. Время от времени Карл что-то бормотал вполголоса, когда ему казалось, что он узнает место, о котором упоминалось в дневнике. Иногда горожане смотрели на них с любопытством, но недолго, не слишком интересуясь незнакомцами. Карл не обращал внимания на досужие взгляды. Его целиком поглотило необычное ощущение — возможность видеть воочию город, созданный им на бумаге.

В первый раз они остановились у редакции городской газеты. Аманда вошла внутрь без Карла — уж там бы его точно узнали! — и сказала служащему, что разыскивает материал для книги по истории Юга. Девушке потребовалось совсем немного времени, чтобы разузнать все о местной фабрике. Ее построили примерно в середине периода промышленной революции для производства резиновых изделий. К тридцатым годам двадцатого столетия фабрика в основном выпускала шины. Важным фактом, по мнению Аманды, было то, что в пятидесятых годах предприятие процветало. Девушка поняла, что идет по верному следу, когда узнала, что в 1969 году против фабрики возбудили судебное дело.