Она медленно раскачивалась взад-вперед, уже не глядя на гостей, и продолжала петь:

— Кларисса Мэй, — обратился к женщине Лютер Геллер, — я хочу, чтобы вы поговорили с этими людьми. Думаю, настало время рассказать то, что вы знаете.

— Я не говорю ни с кем, — произнесла Одноглазая Мамочка. — И никогда не разговаривала.

Ее голос был хриплым, с легким присвистом. В нем чувствовалась неподдельная сила.

— Мисс Уинн, — начала Аманда.

— Не нужно было приводить их сюда, — перебила ее Мамочка, — не нужно. Если белые люди найдут меня, я умру.

— Не эти белые, мамочка.

— Я сейчас умру.

Хрупкая темнокожая женщина подняла взгляд на пришедших. Она дрожала всем телом, по ее щеке скатилась слеза.

— Мамочка, — сказала Аманда, — нам нужна ваша помощь.

— Вы хотите узнать, что я видела. Что мне известно.

— Да.

— Я видела дьявола. Я видела, как он появился на земле, а другой дьявол убил его.

— Нет, Мамочка, — возразил Карл. — Там не было дьявола. Вы видели, как поступают люди, когда худшее в их натуре берет верх.

— Никто не знает, что я видела. Никто не знает, что я знаю, — повторила Одноглазая Мамочка и кивнула на Лютера Геллера. — Ни он. Ни мои дети. Ни мои внуки и правнуки. Никто не знает, а я никому не скажу. Не могу сказать, иначе умру.

— Мы знаем, — произнес Карл.

— Нет, только я видела это.

— Хотите, мы вам расскажем? — спросил Карл. Старая негритянка ничего не ответила, и он продолжил. — Вы были повитухой. И когда-то приняли одного ребенка. Почти пятьдесят лет назад.

Лицо женщины ничего не выражало. Карл поймал себя на том, что, рассказывая, смотрит на необыкновенный глаз.

— Младенец, который нас интересует, родился на свет поздно, почти в полночь. Вы не встречались с его отцом, только с матерью и ее старшим сыном. Мальчику было девять лет. Именно он позвал вас, когда малышу пришло время появиться на свет. Хотите, я его опишу?

Одноглазая Мамочка, как в трансе, кивнула, и Карл сообщил ей все, что смог вспомнить. Он рассказал, как выглядела женщина, названная им Райетт, ее волосы, фигуру, голос. Затем так же подробно Карл описал мальчика, Дэнни. Грэнвилл рассказал о рождении второго сына Райетт, плаче, криках и о том, как странно вел себя ребенок все долгие недели и месяцы после появления на свет. Когда он закончил, Одноглазая Мамочка смотрела на него с открытым от изумления ртом.

— Этот младенец был порождением дьявола.

— Нет, Мамочка. Всего лишь умственно отсталым. Мы полагаем, это произошло из-за старой фабрики резиновых изделий, которая когда-то действовала здесь, отравляя все вокруг.

Женщина взглянула ему в глаза. Она больше не дрожала.

— Той, которая так воняла?

— Точно.

— А что вы еще знаете? — спросила Одноглазая Мамочка требовательно. — О том, что произошло после?

— Мы знаем обо всем.

— Тогда зачем вам я? Вы все знаете. Что вам нужно от Мамочки? Вы хотите ее убить? Вы собираетесь убить Мамочку, чтобы спасти маленького белого мальчика?

Карл вдруг заметил, что от волнения крепко стискивает ладони, затаив дыхание и слегка подавшись вперед.

— Мы не причиним вам вреда. Мы хотим защитить вас.

— И как вы это сделаете?

— Мы знаем, что произошло. Но не знаем, где это случилось. Нам нужно увидеть могилу младенца. И мы должны узнать, кто это сделал.