— Ну? — произнесла редакторша. — Я спрашиваю: хочешь ли ты заработать четверть миллиона долларов, написать бестселлер и обзавестись самым лучшим издателем в Нью-Йорке, который будет отстаивать твои интересы?

Вопрос риторический — Карл знал ответ, да и Мэгги тоже.

А потому Грэнвилл не стал отвечать, а шагнул к застекленным полкам, занимавшим целую стену, и достал оттуда некий предмет, который пытался рассмотреть с той минуты, как вошел в квартиру. Взяв эту вещь в руки, он нежно ее погладил, словно живое существо. Маленькая золотая статуэтка. Награда «Оскар».

— Настоящий? — спросил Карл Мэгги.

— У меня все настоящее, — ответила она.

— Получили?

— Купила. На аукционе «Кристи».

Молодой человек отвел взгляд от магической фигурка и озадаченно посмотрел на редакторшу.

— Зачем?

— Потому что мне всегда хотелось «Оскара». Я всегда получаю то, что хочу, — если ты еще не понял.

Мэгги вновь полезла в дипломат и на сей раз вытащила оттуда визитную карточку, которую показала Карлу.

— Здесь внизу написан номер моего мобильного телефона. Если я тебе понадоблюсь — позвони. И даже не пытайся обратиться в «Апекс». Не оставляй свое имя на автоответчике. И думать не смей о том, чтобы прийти сюда без моего приглашения. А если я и позову тебя, то только исключительно по делу. Официально мы не знакомы. Официально ты не существуешь.

Она протянула ему визитку. На долю секунды ее рука задержалась в ладони Карла. Когда женщина заговорила вновь, ее низкий голос звучал чуть хрипло и сексуально:

— Но неофициально, Карл, я, может, и пересплю с тобой.

Грэнвилл поставил статуэтку «Оскара» на место, взял визитную карточку и засунул ее в карман рубашки.

— Зовите меня Грэнни, — произнес он.

Несколько лет назад, едва переехав в Нью-Йорк, чтобы стать писателем, Карл представлял себе тот день, когда ему наконец удастся продать свой первый роман. Это не было пустыми мечтаниями — Грэнвилл много работал над книгой, оттачивая и совершенствуя каждую деталь. После долгих раздумий он решил, что обязательно сделает три вещи.

Во-первых, позвонит матери и поделится с ней новостью. В конце концов, именно мать верила в талант Карла больше всего, а в последнее, очень долгое время только она и поддерживала сына. Отец? Он считал, что Карлу давно пора окончить какую-нибудь хорошую школу бизнеса и найти приличную, ответственную работу. Желательно в коммерции.

Во-вторых, он закажет роскошный обед на одного в маленьком итальянском ресторанчике на Западной Семьдесят девятой улице, неподалеку от дома. Карлу очень нравился этот ресторан, и он частенько туда наведывался. Грэнвилл знал точно, что закажет: зеленый салат, равиоли с домашними колбасками, а на десерт канноли и бутылку кьянти.

А в-третьих, он и его дама сердца разопьют бутылку дорогущего шампанского. Поднимут бокалы за успех романа, а потом будут до утра заниматься любовью.

Вдруг Карл понял, что прекрасная мечта по-прежнему несбыточна. Дела обстояли из рук вон плохо — мама умерла четыре года назад, в помещении любимого ресторанчика устроили обувной магазин, и у него не было подруги. Никакой. «Странно, как все оборачивается», — подумал он.

Карл было решил позвонить отцу и сообщить приятную новость, но тут же отказался от этой идеи. Собрался сообщить Аманде, но тоже передумал. Случилось так, что в целом мире не нашлось ни одного человека, который смог бы разделить его радость.