Мужчина подошел к входной двери и запер ее, по пути остановившись, чтобы стряхнуть пепел с сигары в кухонную раковину.

— Как вы сюда попали? — требовательно спросил Карл.

Легкая усмешка пробежала по губам незваного гостя.

— Пришлось потрудиться, признаю. Ушло почти шесть секунд. Тебе, Карл, стоит разориться на замок поприличнее. На него может уйти около минуты, в зависимости от конструкции дверной рамы.

Примерно девяносто лет назад, когда старинный городской дом еще не поделили на отдельные квартиры, там, где сейчас была студия Карла, находилась гостиная. С тех времен в комнате остались встроенные дубовые книжные шкафы с застекленными дверями и неработающий камин. Когда-то потолок украшала люстра, сейчас с него свисала тяжеленная боксерская груша красного цвета. Карл купил ее на другой день после того, как Аманда укатила в Вашингтон. Прошло почти три месяца, пока Грэнвилл наконец понял, что эти два события каким-то образом связаны. Остальная меблировка была весьма скромной — огромная железная кровать, которую привезли из сумасшедшего дома где-то в северной части Нью-Йорка, и обшарпанный письменный стол-бюро с откидывающейся крышкой, который когда-то принадлежал начальнику железнодорожной станции. Еще в комнате был маленький обеденный столик, ничем не примечательный, зато очень дешевый. Он стоял у эркерного окна.

Незнакомец подошел к окну, чуть отодвинул занавеску и внимательно изучил улицу. И только тогда Карл заметил что-то. Под дорогим шелковым пиджаком, над белым жилетом.

— У вас пистолет, — медленно произнес Грэнвилл.

— Угу, — согласился незваный гость. — А тебе что, не нравится оружие?

— Нет, — ответил писатель.

Визитер сочувственно покачал головой.

— Придется привыкать. Советую.

Карл промолчал. Впервые незнакомец стал проявлять признаки нетерпения.

— Нам надо заняться делом.

Видя, что писатель не двигается, а просто с любопытством его рассматривает, мужчина добавил:

— Задание очень срочное. Я полагал, что с этим все ясно.

Карл с облегчением вздохнул. Ощущение было такое, словно это первый глоток воздуха за долгие месяцы.

— Вы — Гедеон.

— Я — Гарри Вагнер, — поправил мужчина, попыхивая сигарой. — Сокращенно от имени Гаррисон, не Гарольд. И я вовсе не Гедеон, а, как это принято называть в некоторых кругах, связующее звено. Звучит несколько старомодно, не правда ли? Какой-то налет романтизма, тайны трепетного девичьего сердца. Не совсем уместная здесь аналогия, как ты считаешь?

— Не знаю.

— Тогда послушай меня. Тут нет никакой любви, Карл. Совсем. Просто люди имеют друг друга.

С этими словами Вагнер с силой врезал по груше справа, словно ставя точку.

— Какие люди?

— Хороший ход, Карл. Ценю твою настойчивость. Но мне сказали, что эту часть нашей маленькой сделки ты тоже понял — никаких вопросов.

Грэнвилл бросил на незваного гостя сердитый взгляд. Положение вещей ему весьма не нравилось. Откуда взялся этот придурок? В какое дерьмо он сам вляпался? Молодой человек вспомнил, что у него есть визитка с номером мобильника Мэгги. Он схватил телефон и набрал несколько цифр.

Мэгги ответила после первого звонка.

— Что случилось, Карл?

Грэнвилл застыл от неожиданности.

— Как вы узнали, что это я?

— Этот номер я не давала никому, кроме тебя, — нетерпеливо произнесла редакторша.