Очередного па Дэн не выдержал. Быстро закончил, схватил девицу в охапку, положив на сундук…

– Как славно… Ой! – Когда угомонились, Танечка попросила Дениса зажечь свечу. – Я, кажется, кольцо потеряла….

– Сейчас поищем. Вначале огниво найдем… Хотя можно и от костра, чего я!

Как был – голышом – Денис выскочил наружу… Да кто тут смотрит-то? Пока выбирал да вытаскивал подходящую головню, немного замерз – ночью-то было нежарко. Может быть, даже и заморозки…

Костер уже не горел, а так, шаял, мерцал углями, не давая толком ни света, ни тепла. Поежившись, молодой человек поднял подходящую головню… и тут вдруг услышал лошадиный хрип! Ну да, именно так всхрапывает лошадь… или стреноженный конь. Вот снова! Давыдов прислушался – звуки доносились с близкого берега, до которого было, верно, не больше десяти метров вброд. Кто там, рыбаки? Или припозднившиеся путники? Паломники, офени? Но зачем там привязывать лошадь? Что, места другого не нашлось? Да и какой смысл ночевать на берегу реки, когда и деревень рядом полно, и почтовая станция, трактир…

Затаив дыхание, Денис напряг уши… и услышал еще один звук, такой, какой ни с чем не спутал бы любой солдат или охотник. Щелкающий звук взводимого курка! Пистолет! Или – кремневое ружье. А будка-то между тем как на ладони, прострелить ее насквозь, попасть ничего не стоило. Особенно если зажечь свечку… Все условия для неведомого стрелка… или – стрелков…

Бросив головню, Давыдов склонился к реке. Над водой звуки распространялись особенно хорошо, было отлично слышно, как играет в омуте рыба. Да, рыба… и еще – голос, вернее сказать – голоса! Приглушенные такие, один – грубый, другой – писклявый, противный… Писклявый! Неужто и вправду Немой?

– Может, лучше ножичком? – тихо спросил грубый. – Или придушить?

– Он хороший воин, дурья твоя голова! – Писклявый возразил резко и даже, пожалуй, чересчур громко. – Вполне может от нас с тобой отбиться.

– Так они спят же!

– И что с того? Это девка просыпаться будет долго, но не опытный в боях гусар. Нет! Будем наверняка, подождем утречка…

– Ага, подождем…

Между тем до рассвета оставалось не так уж и долго – на востоке уже побелело небо, а за деревьями алела заря.

Давыдов ужом пробрался в будку.

– Одеваемся. Живо! Тсс…

Танечка явно хотела что-то спросить, но Денис накрыл ее губы ладонью.

– Тсс! Объясню все потом… Живо уходим к лодке… Давай же, за мной…

– Завяжи тогда… да…

Платье так толком и не завязали – некогда. Танечка уж поползла так, следом за Денисом, по траве, к лодке… А как иначе уйти? Островок-то маленький совсем, да и кусточки там редкие, все как на ладони. Раздолье для меткого стрелка.

Вот и лодка. Девушка осторожно забралась, весьма даже ловко. Давыдов живенько отвязал бечеву, оттолкнул челнок от берега, залез и сам…

– Чу! – тут же донесся с берега грубый голос. – Мабуть, плеснуло чо? Может, рыба… Да не, не рыба… Лодка, лодка… Вон!

Тут же, разрывая утреннюю тишь, один за другим грянули выстрелы. Одна пуля угодила в лодку, раздробив нос, вторая просвистела прямо над головой Давыдова. Два выстрела. Значит, злодеев двое. Или просто огнестрельное оружие не у всех. Теперь, пока перезаряжают, время есть… Вскинувшись, гусар схватился за весла. Хорошо, что не убрали с вечера, оставили в лодке.