Действительно, лиходеи – двое, как и предполагал Дэн – повернули коней и неспешно поехали вдоль реки, по кочкам.

– Видать, испугались. – Давыдов отложил ружье и усмехнулся. – Поехали более легкую добычу искать. Надо будет сообщить о них местному полицейскому начальству.

– Обязательно сообщим! – подогнал лошадей Станислав Петрович. – Я здесь, знаете ли, частенько бываю. По коммерческим делам. Но вообще-то места здесь спокойные.

– Ага, спокойные! Видели мы… Ели ноги унесли.

Танечка саркастически усмехнулась и крепко прижалась к Денису. Они проехали, наверное, версты две или чуть больше, а потом резко свернули к лесу. Вокруг поднялись высоченные вязы и липы, стало темно, словно бы в сумерках, хотя утро-то зачиналось ясное. Однако в сию чащобу солнечные лучики проникали весьма неохотно.

– Ну и местечко, – поежилась девушка. – Для разбойников в самый раз.

Сказала – и словно сглазила! Где-то впереди, за деревьями, вдруг послышались гулкие голоса, лошадиное ржание и отрывистый собачий лай.

– Назад! – хватая ружье, крикнул гусар.

– Не развернемся. – Ураковский кивнул на узкую лесную дорожку, развернуться там и впрямь казалось весьма затруднительным делом.

И что оставалось делать? Бросать коляску и бежать в лес? Ага, в лес… С собаками-то изловят живо.

– Отобьемся! – повернувшись, Станислав Петрович неожиданно выхватил из-за пояса пистолет. Небольшой, явно не кавалерийский и не дуэльный, а такой, какой можно носить скрытно.

Ишь ты… А говорил, что из оружия только ружье! Однако запасливый…

– Давайте-ка здесь, в кусточках схоронимся… и, ежели что, будем стрелять…

– Может, лучше все же распрячь лошадей и…

Не успели! Даже и схорониться не успели! Из зарослей вдруг с лаем выскочила собака – пятнистая, с вислыми, как оладьи, ушами! Вслед за собакою показались и всадники… С фуражками! В белых полицейских мундирах с золочеными пуговицами! Всего их было с полдюжины, все вооружены – сабли и короткие кавалерийские карабины, а за главного – некий молодой человек в модном сюртучке с жилеткой и штучных панталонах, заправленных в высокие дорожные сапоги. В руках молодой человек держал пистолет со взведенным курком.

– Эй, господа! Вы кто такие? – вальяжно скинулся Ураковский.

– Мы-то? – Молодой человек поиграл пистолем и вдруг, заметив Танечку, конфузливо улыбнулся: – Из полиции мы московской. Парнишка один сказал, что… Да вот этот парнишка!

Из-за деревьев, запыхавшись, выбежал… белобрысый отрок Еремка! Глянул на беглецов, заулыбался:

– Ну вот! Я же говорил, что вы здесь! Говорил же!

Давыдов и Танечка непонимающе переглянулись.

– Здесь вообще что такое творится-то? – строго спросил Денис. – Московская полиция, говорите? Однако, зачем?

– Разбойников ловим, – спешившись, деловито пояснил молодой человек и, глянув на девушку, снял с головы шляпу, только что каблуками не щелкнул: – Позвольте представиться: сотрудник Московской следственной канцелярии, коллежский регистратор Иван Иванович Минькин! Счастлив, что с вами все в порядке, господа. – Чуть помолчав, Минькин развел руками: – Выехали мы за разбойниками в Серафимово, тут и мальчишка ваш, Ерема.

– Я как раз за бокалами прибегал! – радостно пояснил сельский гаврош. – На станцию! А там, смотрю, полиция…

– Мы проводника искали.