– Да, Дохлый у нас умница, – кивнула Настя.

Макс расцвел. Наконец-то. Назвала как когда-то. Уже теплее...

– Что скажешь? – спросила Настя у Барракуды.

– Что скажу? Я уже сказал – дело для меня новое. Я вам здесь не советчик. Но интуиция мне подсказывает, что дело выгодное. Если не сглупить самим, как обычно это у нас бывает, то... очень даже может быть, что дело пойдет... Есть кое-что и помимо. Знаете что? У меня со дня на день должны прийти календари... – И он вкратце рассказал о своем последнем коммерческом проекте, который и подвел его под монастырь.

– Вот придут они, я и займусь их реализацией. Буду, в общем, по этому направлению работать. Вы мне здесь не помощники – ни хрена в торговле нашей не сечете... Поэтому и давайте занимайтесь этими вот международными отношениями... Договорились?

Настя пожала плечами, но Куз сказал за нее:

– Это разумно. Если календари твои уже напечатаны, то, конечно, не выбрасывать же их... Надо продавать. А сколько там?

– Общий тираж – миллион. Прибыль должна пойти сумасшедшая.

– Ну и очень хорошо!

– Я правильно понял, – спросил Макс, – связываться мне со Штатами? Я ведь хоть сегодня могу начать...

– Так начинай, – сказал Барракуда. – Юридический адрес у нас есть, реквизиты возьми у Вороны. Да, кстати, вас как-то надо оформлять? Зарплату выплачивать, трудовые книжки, то-се... Пенсионный, – он хмыкнул, – фонд...

– Ты прикалываешься, – спросила Настя, – насчет пенсионного фонда?

– Прикалываюсь, – честно ответил Барракуда.

– Это все не горит, – сказал Димка. – Это все ерунда. Надо будет, оформимся...

– Так что, – снова заговорил Макс, – из каких сумм я могу исходить? Чем мы вообще располагаем?

Сидящие за столом молчали. Дело дошло до главного.

Наконец Настя встала, оперлась руками о стол. Куз отметил, что она автоматически, не задумываясь, приняла позу этакого председателя собрания акционеров...

– Значит так, – сказала Настя. – Это, как говорится, информация закрытая. Мы все работаем вместе, у нас друг от друга секретов быть не должно. Мы должны понимать, что делаем. Но если кто продаст...

Куз, Барракуда, Макс и даже Ворона, слышащая разговор из соседней комнаты только краем уха, одинаково почувствовали высокий серьез затронутой темы.

«Ах, что за девочка, – подумал Куз. – Вот так девочка!..»

– Если кто продаст, – она положила руку на плечо Димке, – будет плохо. Вы все, или почти все, знаете о моих проблемах. Так что мне терять нечего... – Она ненадолго замолчала, затем, словно подводя итог совещания, сказала:

– В общем, так. К этому вопросу мы больше не возвращаемся. Денег у нас чуть меньше миллиона. Долларов, разумеется. Ну, на ремонт потратимся, на что-то там еще...

– Машину купим, – вставил Димка.

– Машину... Да! Но все равно почти лимон. Так что есть с чего начать.

* * *

Сухой снял наушники. Да... вот так история...

Он поднял трубку телефона, покрутил диск. Аппарат в его кабинете стоял самый заурядный, дисковый. Сухой был равнодушен к внешним проявлениям респектабельности. Он не помнил, у кого вычитал одну полюбившуюся ему фразу, но не было дня, чтобы по тому или иному поводу не повторял ее про себя: «Главное – не казаться, главное – быть...» В смысле – крутым, богатым, сильным. Именно быть!

– Иван Андреевич? Я сейчас к тебе зайду.