– Ну, во-первых, у вас виза есть...

Виза у Куза была. Это точно. Он прошлой весной летал в Калифорнию по газетным делам на семинар писателей-эмигрантов. Попил там всласть всяких напитков – неделю «керосинил» в гостинице со старыми дружками, осевшими с некоторых пор в США. Чуть было с газетным заданием не пролетел. Но и на это время нашлось – успел все сделать как надо. А виза у него была трехгодичная. Так что с этим проблем действительно никаких.

– Потом, еще одно дельце... вам надо будет счет открыть.

– Мне, говоришь!

– Да, вам. Именно.

Только тут Куз понял, почему для путешествия в Америку отряжают его. Все-таки дети они. Какими бы деловыми, современными, «отвязанными», как они сами говорят, не были, все равно дети. Банк, счет, заграница... Боязно. Хоть и стреляли в них уже, и похищали, и насиловали... Здесь-то все свое – все эти «крыши», разборки, самопальные оптовики и кредиты друг другу. Все схвачено, все привычно. А в Штатах другое дело. В банк надо идти. И боятся они не бандитов и «взрослых дяденек», им не хочется оплошать и, допустим, не правильно заполнить какую-нибудь бумагу. Прагматичные они люди, все просчитывают трезво и холодно. Вот просчитали и поняли, что лучше с американской бюрократией дело иметь ему – старому хрену, съевшему не одну собаку в заполнении всякого рода документации.

А в Штаты они сами еще слетают. Но – «оттянуться». Работать они будут здесь, на своем, что называется, поле.

– Окей, – согласился Куз. – Я готов.

– Счет откроете на свое имя, – произнес Дохлый. – На фирму мы не будем заграничный счет делать... Так лучше. Ворона сказала, что претензий к нам меньше будет... А то еще напрягут налоги в валюте платить... А мы же друг другу доверяем? – Он посмотрел Кузу в глаза, и тот на мгновение даже подумал, не обидеться ли ему на столь откровенный вопрос. Но не стал обижаться. Прагматики, они и есть прагматики...

– Конечно, – только и ответил он. – То есть мой счет будет как бы нашим общим?

– Именно так. Ну и кроме того, зайдете в пару магазинов. Документы кое-какие передадите. В том числе – номер счета нашего, вашего то есть. Я с их владельцами уже связался, все обговорил...

– Да, с английским у вас как?

– Just a little bit.

Куз преуменьшал свои возможности. Он вполне сносно говорил и читал по-английски, и ребята это знали. «Конечно, – подумал он, – это тоже было одной из причин, по которой в деловую поездку командировали именно его». Димка вообще не понимал иностранной речи, а Настя могла общаться, но лишь на уровне: «Как пройти в магазин?» и «Сколько это стоит?». Дохлый, правда, был посильней в языке – иначе он не мог бы полноценно работать с Интернетом, но все же он еще побаивался живого общения. Компьютер – это одно дело, это все-таки анонимность, а с глазу на глаз он еще не решался говорить по-английски. Да и произношение у него было, конечно, так себе...

* * *

Через два дня состоялась презентация магазина. Куз настоял на этом действе, сказав, что любое предприятие нуждается в рекламе, и обеспечил эту самую рекламу. Некоторые из журналистов города, так или иначе пишущие о текущих событиях, подъехали в назначенное время.

Зал сиял чистотой, сверкали длинные – от стены к стене – стойки, на которых среди огромных фирменных плакатов с фотографиями рок-звезд белели пустые пространства. Они были предусмотрены, по указанию Барракуды, на случай, если отечественные и зарубежные звезды, зайдя в «Рокси», захотят оставить в магазине свои автографы. А зайти они должны точно.