Мамаева и на этот раз подчинилась. Конан устроился на переднем сиденье и приказал водителю:

— В усадьбу!

Джип выехал со стоянки и начал набирать скорость. Лена спросила:

— Геннадий, и где находится твоя усадьба, если не секрет?

Конан, не оборачиваясь, ответил:

— За городом. Полчаса езды!

— Мне нужно позвонить маме!

Парни рассмеялись.

Кольцов повернулся к Елене:

— Почему не мужу?

— У меня больше нет мужа!

— Прекрасно! Зачем же звонить родителям? Спросить разрешения провести ночь с мужчиной?

Мамаева смутилась:

— Нет! Просто предупредить, что, возможно, до утра не появлюсь!

— Какая примерная дочь?! Тебе не по кабакам ходить и снимать мужиков, а в куклы играть! Позвонишь из дому! — Конан отвернулся.

Елена взглянула на парней-соседей. Те, глядя на нее, ухмылялись.

Женщина, так и не воспользовавшись телефоном, отвернулась к окну. Подумала, что это она на самом деле ведет себя как институтка? Зря о звонке заикнулась. Надо, напротив, показать свою независимость, а она? Черт! Допустила промах! Придется исправлять ситуацию, но не в машине, а уже у него дома. Она сумеет исправить ее. Когда они останутся одни. Елена даже предположить не могла, что ее ждало в доме криминального авторитета. А если бы могла, то без раздумий выпрыгнула бы из джипа, несмотря на приличную скорость. Что, впрочем, ей уже не помогло бы.

Тем временем внедорожник выехал за пределы Москвы и покатил по шоссе. Спустя десять минут свернул на узкую асфальтированную дорогу. Еще через пять минут остановился у шлагбаума, от которого в лес в обе стороны уходил высокий металлический забор, а над небольшим зданием, откуда вышел человек в форме охранника, читалась вывеска — дачный поселок «Цветочный»! Хорошее название, мирное! Охранник поднял шлагбаум, и иномарка въехала на территорию небольшого, из десяти-двенадцати домов, поселка. Но каких домов и какого поселка! Слева и справа высились особняки, один причудливее другого, тонущие в зелени кустарников, цветов и деревьев. Дорога освещалась декоративными фонарями. Везде царила чистота, было тихо. Здесь жили далеко не обычные люди. Может, тревога Елены напрасна? И вскоре она будет смеяться над своими страхами, наслаждаясь новыми, ранее не испытанными ощущениями?

Джип остановился у третьего слева дома с табличкой «5».

Конан приказал парням:

— Машину в гараж! Сами по комнатам. Отдыхайте. Будете нужны, вызову!

И повернулся к женщине:

— Пойдем, Лена, я покажу тебе свое скромное жилище!

Мамаева улыбнулась:

— Ты бы еще назвал его шалашом!

— Это и есть шалаш! Для влюбленных! Идем!

Кольцов вышел из джипа, обошел его, открыл дверцу перед Еленой, протянул руку:

— Прошу на выход, красавица!

Лена с помощью Кольцова спустилась на тротуар. Конан повел ее к дому.

Особняк оказался шикарным. Особенно гостиная с камином, где стоял огромный кожаный диван, два кресла и столик-каталка с массой различных бутылок со спиртным. От легкого вина до дорогого коньяка. В камине тлели угли. И хотя в гостиной было тепло, Кольцов бросил в камин несколько березовых поленец, объяснив:

— Люблю огонь! В нем сила и безграничная власть! Он может ласкать взор, но при желании уничтожить все живое.

Елена улыбнулась:

— А ты философ!

На что бандит ответил:

— Нет, дорогая, я практик! Философия — пустота. Только в действиях жизнь.

— А жарко нам не будет?

Кольцов усмехнулся:

— Только не от камина!.. Выпьем?

Женщина просто нуждалась в спиртном, дабы снять с себя скованность и загнать внутрь тревогу, продолжавшую владеть ею, поэтому согласилась:

— Конечно!

— Что налить? Шампанского?

— Нет, коньяку! И побольше!

— Браво! Коньяк как раз то, что нужно сейчас нам обоим!

Конан налил полные бокалы.