— Я понял, — поморщился я. — Но нам-то что с того?

— Как? — неподдельно удивился Семецкий. — Вы что, не понимаете, какой прорыв можно совершить⁈

— Какой прорыв, Юрий Михалыч⁈ — Я с нескрываемой жалостью посмотрел на профессора. — Где вы собираетесь его совершать? Земли больше нет. Всё уничтожено!

— Что вы такое говорите? — Он с недоверием уставился на меня.

— Правду. Когда отключился щит, мы получили возможность связаться с домом. Человечества больше нет. Остались только мы. И если мы не разберёмся, как в кратчайшие сроки отстроить всю базу и наладить её работу — мы вымрем, как динозавры.

— Этого не может быть… — Словно не слыша меня, профессор уселся на пол и уставился в никуда.

— Вам бы поспать, Юрь Михалыч.

— Нет, — выдохнул он и снова подскочил. — Смотрите. Вам необходимо открыть шахты, но для этого потребуется транспортный цех. Как видно из данных, у вас сейчас острая необходимость в стали и биосинтетической эссенции.

— Верно. Вы знаете, где мы можем всё это достать?

— Да. Шахты находятся здесь. — Семецкий взмахнул рукой, и объёмная карта сместилась, а я в очередной раз убедился в собственной правоте.

Шахты располагались как раз в том месте, о котором рассказывал Плов: чуть севернее нашего бывшего поселения. А это как минимум сутки пути на вездеходе. Получается, что мы снова не успеваем до прибытия второй волны.

— Я догадываюсь, о чём вы сейчас думаете, — улыбнулся профессор. — Но ваше присутствие там вовсе не обязательно. Шахты — это автономное сооружение, и оно не нуждается в восстановлении. Вам необходимо запустить транспортный цех, всё остальное сделает автоматика.

— А что с эссенцией?

— Тут всё просто, — отмахнулся Семецкий. — Соберите тела врагов и загрузите их в приёмную шахту биосинтетической лаборатории. Чем чище первичный материал, тем больше эссенции на выходе и быстрее её выработка.

— Чище?

— Да, — смутился профессор. — Генетически материал должен быть максимально приближен к нам. Эти чудовища, конечно, тоже подойдут, но человеческие жертвы будут более эффективны.

— Даже думать об этом не хочу, — отмахнулся я. — А что находится с восточной стороны?

— Здесь инфраструктура полностью заточена под наши потребности. Вот в этом месте лазарет, здесь — сады и гидропоника. Южнее — фермы и… В общем, фермы.

— Осталось только найти под них животных.

— Это лишнее, — усмехнулся Семецкий. — Они не совсем такие, как вы себе представляете. Там скорее генетическая фабрика, где животные белки́ выращиваются в пробирке. Всё работает в автоматическом режиме. Нам лишь нужно задать изначальное направление. Ну и не забывать загружать материал в биосинтетическую лабораторию.

— И вся эта информация хранилась здесь?

— Ну что вы, — отмахнулся профессор. — Бо́льшую часть я почерпнул в библиотеке. Хотя с инфраструктурой пришлось разбираться самостоятельно, поскольку архитектор — ваша профессия, Евгений.

— Но зачем полковник засекретил всё это?

— Боюсь, данный вопрос вам лучше адресовать ему лично.

Я ещё раз окинул взглядом карту и вдруг заметил небольшое несоответствие с теорией, которая выстроилась на моём планшете. Я считал, что цитадель находится в центре, но как оказалось — она была смещена к востоку. В центральной части находилось что-то другое, пока ещё представляющее собой руины. Они походили на глаз, который простирался с севера на юг и… Вокруг не было других строений.

— А что здесь? — Я указал на остов.

— Полагаю, это какое-то мощное оружие, а может, что-то ещё.