— Разве? — Он вскинул брови. — А как по мне, база прекрасно развивается и без вашего участия.

— Тогда расскажите, как вы собираетесь остановить текущую волну? — усмехнулся я.

— Хотите что-то сказать? — Полковник снова скрестил руки. — Давайте, не стесняйтесь.

— Ада, оставь нас, пожалуйста, — попросил подругу я.

— С чего вдруг? — не согласилась она.

— Потому что я прошу, — настоял я.

Некоторое время норвежка сверлила меня немигающим взглядом, а затем развернулась и покинула цитадель. Я дождался, когда за её спиной сомкнутся двери, и перевёл взгляд на полковника.

— То, что я вам сейчас скажу, должно остаться строго между нами.

— Поверьте, Теняев, я умею хранить секреты, — усмехнулся полковник.

— Пленные всё ещё в трюме?

— Допустим.

— А теперь допустите, что с каждого человека мы получим почти равновесное количество эссенции, — выдохнул я и указал пальцем на голограмму лаборатории. — Это ваше решение. Сколько времени потребуется на печать тяжёлой техники?

— Двенадцать часов на один юнит, — задумчиво пробормотал полковник и внимательно на меня посмотрел. — Не ожидал от вас подобного решения.

— Вы сможете провернуть это так, чтобы никто не заметил?

— Боитесь реакции вашей подружки? Да, такое она вряд ли оценит.

— Мы договорились? — с нажимом спросил я.

— Можете не переживать, — уверенно кивнул Севастьянов. — Я распоряжусь, чтобы вас пустили к мутанту. Похоже, мы с вами всё-таки поладим.

Глава 15

Друг или враг?

— Куда? — сухо спросил охранник у двери.

— А сам не догадываешься? — скептически произнёс я. — Вам самим это дерьмо не надоело?

— Не положено, — вернулся казённый ответ.

— Бля, как вы заебали, — на вдохе пробормотал я. — Слушай, давай обойдёмся без беготни? Свяжись с Севастьяновым.

— Может, мне ещё с президентом связаться?

— Вот вообще не расстроюсь, если у тебя это действительно получится. Братан, хорош мозги трахать, полковник дал добро на то, чтобы мы разговорили пленного.

— Ща, — недовольно поморщился он и всё-таки взялся за рацию.

Через несколько секунд мы уже переступали порог камеры, где сидел абориген.

Контакт с инопланетными существами — как много всего в этой фразе. От неё веет надеждой на светлое будущее, в котором подразумевается обмен знаниями и технологиями. Мы словно делаем шаг к новым, неизведанным просторам и вот-вот приобщимся к высшим существам, населяющим далёкие галактики.

На деле всё обстояло куда прозаичнее. Передо мной с разбитым лицом сидело перепуганное до смерти существо, отдалённо напоминающее человека. Мы совершенно не понимаем, как нам общаться, но это не мешает нам желать друг другу смерти. Его взгляд говорит больше, чем любые слова. Мы точно так же смотрим на своих врагов: с презрением и ненавистью. Как знать, сложились бы наши отношения иначе при других обстоятельствах? Что-то подсказывает: нет…

Люди всегда относились с опаской к тем, кто от них отличается. История буквально пестрит такими прецедентами, как завоевание Африки и колонизация Америки. Ведь до того, как туда сунулись европейцы, там тоже жили люди. И они не были похожи на тех, кто пришёл к ним в гости. И что же случилось? Думаю, нет смысла рассказывать о том, что всем прекрасно известно. И это глобальные примеры. А сколько подобного рядом, при этом никаким боком не относящегося к расовым признакам! Нос чуть длиннее обычного, торчащие уши или, не дай бог, залысина — и всё, человек тут же становится предметом для насмешек даже среди самых близких друзей.