– Удачи с этим. Лучше объясни, что такого важного ты хотел мне сказать, что аж передал сообщение через нашу стражу?

– Ну, для начала – поздравить с обретением учителя и спутницы…

– Спасибо…

– Но ладно подружка. Ты абсолюта как уломал?!

Проигнорировав подколку, Элин между тем без промедлений ответил:

– Он по достоинству оценил мой незаурядный интеллект и трудолюбие, встретив меня в библиотеке, о которой ты иначе как вперемешку с плевками не отзываешься…

– Библи… – Мик плюнул куда-то вниз, – … отека! Так?

– Близко, но всё-таки не то. А если говорить серьёзно, то мне просто повезло.

– Везение… Как чуждо это слово обычным людям! – продекламировал парень, после чего откинулся назад, разлёгшись на крыше и закинув руки под голову. – В академию не пойдёшь?

– Пойду. В класс по рунному ремеслу, конечно, но общие занятия всё равно будут. – Повторив манёвр друга, Элин устроился поудобнее, отметив, что покатая крыша под лучами солнца практически не нагрелась. Хотя, возможно, ещё было слишком рано… – Так что пересечёмся и прикроем друг друга, если что.

– Это я и хотел услышать! А ещё… – Мик не изменился в лице, но веселье из его глаз пропало. Он сел и посмотрел вниз, будто бы желая убедиться в отсутствии лишних ушей, и лишь после этого продолжил: – Есть информация, что в этом году грядёт реформа, и первых курсов не будет! Как и вторых, и третьих, и вообще всех!

– В каком смысле? – Элин поначалу отнёсся к словам друга как к какой-то шутке, но спустя секунду до него дошло, что это на Мика едва ли похоже. Он если и шутил, то с размахом, так, чтобы объект розыгрыша или ржал как конь, или кричал от ужаса, смеша уже всех вокруг. Малый калибр его специальностью не был. – И откуда дровишки?

– Моя уважаемая сестрёнка осталась в академии на правах преподавателя. Особой тайны из этого не делают, но и болтать не рекомендуют. Мы-то, конечно, и так на курсы внимания толком не обращали, выпускаясь когда было нужно, но этого не скажешь о неклановых. По большей части именно для них сюрприз…

– А для нас приготовили что-то не менее глобальное. – Элин цокнул языком. Весьма странно, что Гайо забыл упомянуть о чём-то настолько важном. Или посчитал изменения за мелочь? – Так и знал, что какая-нибудь чушь точно произойдёт.

– Не менее глобальное? Это ты о чём?

– Когда, скажи мне на милость, реформаторы, пробившись через недовольство стариков, ограничивались каким-то одним, кхм, сюрпризом? Семьдесят лет назад выкинули несколько факультетов и снесли общежития, отменив проживание на территории академии, сто тридцать лет назад – эти общежития построили, а двести семьдесят…

– Понял-понял, не грузи. Думаешь, сделают что-то, о чём даже клановым не скажут? Это ж подстава!

– А ты им скажи. Кто там сейчас глава совета? Игнис или Фуга?

Мик задумался на пару секунд, после чего со всё таким же непонимающим взглядом ответил:

– Фуга. Сорака Игнис – вторая по праву…

– Значит, точно какая-нибудь гадость.

– Да с чего ты это вообще взял?

Элин махнул рукой, после чего спрыгнул с крыши (всего второй этаж, ничего серьёзного), приземлившись на брусчатку.

Тихо ругнулась проходящая мимо старушка.

– Их глава – Лагес Фуга. Тебе это ни о чём не говорит? – Мик не слишком уверенно, но всё-таки кивнул, как бы подтверждая, что об этом эксцентричном ценителе закалки потомков он наслышан.