— Корова почти готова. Осталось забить алгоритмы в Иннотех. Кстати, Пак Ю, — он повернулся к пухляшу Ю, который уже что-то жевал. — Хватит тебе сидеть на месте. Скоро кресло под тобой сломается. Спустись лучше вниз и облучили раствор.

— Хорошо. Остальное сам сделаешь? — уточнил он и с трудом поднялся на ноги.

— Нет, конечно. Сделай укольчик корове и вели ветеринарам проследить за ней. Не все же нам — инженерам, за вас горбатиться. Мне вон еще работу Тэджуна поручили, — недовольно пробурчал он.

Когда Пак Ю вышел из отдела, а Ким Хани увлеклась разговором по телефону, я окликнул Хён Бина и предложил:

— Если ты так хочешь помочь мне с овцами, давай поработаем на обеде, вечером я сам станусь и доделаю, а ты можешь быть свободен.

— Еще чего! Хочешь, чтобы мне попало из-за тебя? Начальник Чжи наверняка придет проверять, а меня нет. Будешь потом изображать из себя бедного несчастного, а меня лишат премии. Ну уж нет, — он сложил руки на груди.

Черт! Его только не хватало. Надеюсь, удастся от него избавиться, иначе придется отложить облучение геля для Сувона.

Пока Кун занимался выделением днк из шерсти овец, а я набивал алгоритмы, Хён Бин ходил между нами, давая никому не нужные советы. Но делал это, только когда начальник проходил через отдел или оставлял приоткрытой дверь кабинета, в остальное же время просто покачивался в кресле, переписываясь с очередной пассией.

На обеде Кун сбегал в кафешку напротив офиса и принес нам по упаковке кимбапа и по стакану ледяного американо. То, что нужно, что насытиться и взбодриться.

Хён Бин ушел на обед и вернулся, опоздав на целых пятнадцать минут.

— И зачем начальник дал его нам в помощники? Толку никакого, — прошептал Кун, покосившись на Хён Бина, который уже в тысячный раз подкатывал к ледяной Ким Хани.

— Нам нужно от него избавиться. Он намерен просидеть с нами весь вечер, — ответил я, и тут мне в голову пришла потрясающая идея.

Я встал, подошел с кружкой к кулеру и, обернувшись к скучающим коллегам, вполголоса произнес:

— Кажется, сегодня моя очередь платить за выпивку. У кого-нибудь есть желание пойти в бар.

От скуки в глазах Хён Бина и Ким Хани не осталось и следа. Они вмиг оживились и принялись предлагать, куда бы пойти. Мы с Куном переглянулись. Дело сделано. Хён Бин не будет засиживаться с нами, когда в баре его ждет бутылка холодного чхонджу.

Мы с Куном трудились без перерывов на отдых, поэтому к концу рабочего времени успели вколоть всем овцам облученный раствор. Правда, никому об этом не сказали.

— Вы только сильно не задерживайтесь. Не хватало еще самой платить, — Ким Хани многозначительно посмотрела на меня и оросила свою шею струей дорогих духов.

— Не волнуйся. Осталось немного, — отмахнулся я.

— Немного? Может, тогда и я останусь? Закончим вместе и скажем, что весь день трудились рука об руку, — загорелся идеей Хён Бин.

Я раздражительно выдохнул. Сегодня он меня особенно сильно раздражал.

— Не стоит. Мы еще не вкололи ни одну пробирку. Работы часа на два. Идите лучше в бар и закажите чего-нибудь горячего. Мы с Куном сегодня почти ничего не ели и жутко голодны.

— Хорошо. Закажу вам большую миску кимчхиччигэ, — кивнула Ким Хани, подхватила миниатюрную сумочку и двинулась к выходу.

— Пусть мясо не пожалеют! — крикнул ей вслед Кун.

Пак Ю и Хён Бин пошли вслед за девушкой. После того случая после планерки, когда я дал понять Хён Бину, что меня не следует трогать руками, он старался держаться подальше, хоть и продолжал цеплять языком. Ну и с этим я со временем разберусь. Все же мне нужно быть осторожнее и не выдать себя.