Какое-то мгновение оба хранили молчание. Вивьен смотрела ему в глаза и чувствовала, как ее неуверенность словно смывает волной.

– А-а, это вы, Вивьен, – протяжно произнес герцог.

«Я сражаюсь за свою жизнь».

Она сглотнула, затем постаралась улыбнуться.

– Ваша светлость...

Герцог медленно шагнул к ней со сложенными за спиной руками.

– Прелестный день после такого дождливого утра.

– Да. – Она не шевельнулась.

– Я решил, что сегодня мы будем завтракать на веранде. Оттуда открывается отличный вид.

– Это просто замечательно. – Вивьен поспешно взяла в руку шляпку.

– Оставьте ее здесь – она вам не понадобится.

Вивьен не возражала.

– Как скажете, ваша светлость.

– Уилл.

Ей казалось невероятно странным называть такого знатного джентльмена по имени, но, находясь в его компании, она теряла способность к сопротивлению.

– Хорошо, Уильям.

– Нет-нет, Уилл. – Он понизил голос, и его глаза пристально посмотрели на нее.

Вивьен стиснула руки, словно обороняясь, хотя не имела представления, какое это имеет значение. Впрочем, «Уильям» действительно звучало слишком официально.

– Да, Уилл. – Она коснулась протянутой руки и ощутила тепло. Впервые за десять лет – не считая рукопожатия или поцелуя в щеку – она дотронулась до обнаженной мужской кожи. Ощущение его горячей силы принесло в сознание Вивьен поток приятно возбуждающих мыслей, крайне нежелательных в столь деликатный момент.

Герцог провел ее в дальний конец библиотеки, а затем в оранжерею – застекленное продолжение дома. В оранжерее росли хорошо ухоженные растения и множество цветов. Окна были открыты, пропуская внутрь мягкий бриз; внизу раскинулись частные сады, песчаный берег и океан за ним. Этот вид показался Вивьен очень эффектным.

– Здесь так чудесно, – искренне заметила она, наслаждаясь открывшейся перед ней картиной.

Герцог кивнул.

– Я не сомневался, что вы это оцените.

Она все еще опиралась на его руку; а ведь всего неделю назад этот человек был для нее лишь плодом воображения, тенью, героем сплетен и интриг. Сейчас же он стал живым и реальным.

Должно быть, Вивьен покраснела, так как герцог наблюдал за ней с легкой усмешкой.

– Вы прекрасны, – мягко произнес он.

Глаза Вивьен расширились, она затаила дыхание.

– Вы убили свою жену, сэр? – невольно вырвалось у нее.

Рука герцога напряглась под ее пальцами; тень пробежала по его лицу, а губы сложились в узкую прямую линию. Теперь Вивьен не сомневалась, что своим вопросом задела глубоко спрятанную боль.

Герцог медлил с ответом. Наконец, видимо, собравшись с силами, он тихо произнес:

– Если я скажу «нет», вы мне поверите?

Поведение герцога поразило Вивьен искренностью и простотой. У нее сразу пересохло во рту, но она не могла не ответить ему.

– Не знаю, – столь же откровенно призналась Вивьен.

Герцог слегка кивнул.

– Обвиняемый считается виновным, пока не доказано, что он невиновен, так? Справедливое утверждение. – Он понизил голос. – А если я скажу, что убил?

Легкий порыв ветра, проникший через открытое окно, растрепал упавшие ему на лоб волосы, и теперь он выглядел до странности молодым и беззащитным.

Вздохнув, Вивьен заставила себя перевести взгляд на океан.

– А этому есть доказательства? Думаю, вину нужно сначала доказать, прежде чем осуждать вас.

– Вы очень храбрая. – В его тоне прозвучала легкая насмешка.