Закутавшись во что только можно и все равно чувствуя, как скрипит песок на зубах, Жанна и, Жаккетта сидели в своих комнатах.

Песчаная буря продолжалась до обеда. Наконец ветер утих, оставив на память слой песка на всех предметах., Жаккетта сняла покрывало, вытрясла песок из волос, выплюнула песчинки и пошла пытать Абдуллу насчет прошедшей ночи.

– Нет, ну ты скажи… – канючила она ему в спину. – Я ведь все равно не отстану.

– Хабль аль-Лулу! – мягко, но решительно отказывался что-либо рассказывать нубиец, который в одном из складов сам проверял тюки с оружием, не доверяя это дело никому. – Если женщина будет совать свой нос в мужские дела, носу недолго быть целым и красивым. Зачем тебе много знать? Будешь грустной, расстроишь сердце господина. Иди лучше на крышу, отдохни. Или, хочешь, я дам тебе охрану, и ты сходишь в баню?

«Сам иди в баню», – подумала Жаккетта и решила встать на путь шантажа.

Не менее мягко, чем Абдулла, она сказала:

– Я пойду в баню. Попозже. Когда ты мне расскажешь. А то буду вся в песке, и господин сотрет себе кое-что до крови. Он ведь такой горячий…

Нервы у Абдуллы были крепкими, и он не устрашился картины окровавленного в некоторых местах господина.

– Ты маленькая, но вредная и упрямая, как ослик! – фыркнул он. – Я предупрежу господина, чтобы он сначала взял тебя за ноги, перевернул и хорошо потряс. Тогда весь песок высыплется и господину не надо боятся стереть себя в кровь.

Шантаж сорвался. Пришлось вернуться к прежней тактике.

– Ну скажи-и, Абдулла! – заныла еще жалобней Жаккетта. – Я все равно есть – пить не смогу, пока не узнаю. Господин же меня не выгнал, значит, он не против, чтобы я знала. Ну, Абдулла!…

– Ты липкая, как смола! – сдался, наконец, нубиец. – Что ты хочешь знать?

– Что такое закат? – сразу повеселела Жаккетта. – Что такое бану абд аль – вад? Кто такой Ягрморасан? Это он убил отца шейха?

Эти сведения не были, по-видимому, секретными, поэтому Абдулла, облегченно вздохнув, начал отвечать.

– Закат, Нитка Вредности, это налог. Его установил по воле Аллаха пророк Мухаммед, да славится имя его, и записал в Коране. Закат платят все свободные взрослые люди. Он идет в пользу бедных, находящихся в плену у неверных, путешественников, воинов. С поля, финиковой рощи и виноградника берется десятая часть. Если землю надо поливать – двадцатая часть. Ты довольна?

– Довольна! – кивнула Жаккетта. – Только я все равно Нитка Жемчуга! Что такое бану абд аль-вад?

– Это не что такое, а кто такой, – поправил Абдулла. – Это одно из племен зената. Из этого племени был основатель династии Зайяниды, великий Ягрморасан ибн Зайян. Он жил двести лет назад. Это был умный полководец. Он воевал с Маринидами – это другая династия. Был на стороне Альмохадов – это тоже династия. Это там, за Ифрикией. Ягрморасан сделал столицей своей страны город Тлемсен. Он много воевал с Маринидами. Ты хочешь знать, кто это?

Жаккетта упрямо кивнула.

Абдулла хитро прищурился и начал рассказывать:

– Мариниды – это правители из племени бану марин. Тоже зената. С Ягрморасаном сражался маринид Сиджильмасу. Он вообще много воевал, ходил с войском даже в Испанские Земли. Это тоже было двести лет назад. А хочешь знать, кто такие Альмохады?

– Тоже династия из племени? – безнадежным голосом спросила Жаккетта.

– Ты угадала.