-  Гр-р-р… Больно же, - взвыл я, попытавшись отобрать свою ногу, но на Орру это не произвело никакого впечатления.

    Убедившись, что переломов нет, она поднялась и, схватив что-то из сумки, помчалась к ручью, протекавшему недалеко от нашей стоянки. Как только она отбежала, я позвал Тарэна.

    -  Проверь-ка, как там Вакула, и если потребуется, окажи ему помощь, - быстро распорядился я.

    Не успел парень скрыться в кустах, как примчалась Орра и начала делать мне компрессы.

    Игнорируя мои попытки отбиться, она уложила возле меня несколько мокрых тряпок, которые и принялась часто менять, прикладывая к больной ноге. Через несколько минут в кустах, куда улетел кузнец, послышался шум и, раздвигая ветки, показался Тарэн, вытаскивающий стонущего и покачивающего Вакулу. Как только Орра увидела кузнеца, поднялась и, найдя взглядом хороший такой дубец, подняла его и, перехватив поудобнее, двинулась этой парочке навстречу.

    -  Ах, ты, медве-е-едь… - зашипела она, грозно нахмурившись.

    Увидев выражение лица девушки, кузнец не стал дожидаться пинка и, вырвавшись из рук Тарэна, как лось, ломанул в кусты, проламывая целую просеку.

    Подошедший капитан, увидев мою ногу, и решимость на лице Орры, решил не нарываться на выяснения отношений с взбешенной красавицей с неустойчивой психикой. Обратившись к народу, он обрадовал всех, сообщив, что здесь мы задержимся подольше, и отдал приказ, чтобы готовили обед.

    Протерпев какое-то время, почти ледяные компрессы, я понял, что если не пресеку их сейчас, то нога грозит отмерзнуть и отвалиться.

    -  Орра, ты что, хочешь меня без пальцев оставить? Не отдавили, так пусть от холода отваляться, что ли?- зашипел я.

    Нехорошо конечно обижать ее, она же со всей душой, но терпеть уже не было никаких сил. Еле уговорил свою заботливую няньку оставить меня в покое. Попросив достать плащ, я укутал больную и совершенно ледяную ногу в теплую ткань, стараясь ее согреть. Повозился, устраиваясь удобнее, и попытался заснуть.

    В лагере народ, радуясь непредвиденной задержке, разлегся на траве и, пока дежурные готовили обед, дремал. Вокруг стояла относительная тишина, нарушаемая лишь чьим-то иногда звучащим храпом, журчанием ручья, шелестом листвы да пением птиц. Время от времени слышались шаги стражников, охраняющих наш сон, да тихие переговоры наших поваров.

    Вдруг, меня охватило ощущение горя и страха, да настолько сильное, чуть ли не на грани смерти, что я чуть не взвыл. Такую бурю эмоций мне еще не приходилось испытывать в своей жизни. Решив, что это Вакула мог отреагировать подобным образом на недавние события, я испугался. Ведь, при таких сильных эмоциях он и покончить с собой может. Вскочив, я, сильно прихрамывая, пошел в ту сторону, откуда, как мне показалось, шел поток этих чувств.

    Ощутив какое-то движение за спиной, я оглянулся. Сзади осторожно подходили Род и Тарэн.

    -  Хорошо, что вы меня догнали, а то я сама как-то не сообразила никого позвать. Какое-то совершенно ненормальное беспокойство навалилось на меня. Даже и не знаю, что и думать. Может с Вакулой какая проблема? - прошептал я.

    -  С ним все в относительном порядке. Когда я, заметив вас, пошел следом, он лежал под кустом с компрессом на лице, - так же тихо ответил Тарэн.