Хелен-Инга выразила восхищение моим поведением на совещании, я лениво отмахнулась, сказав, что она проделала работу куда большую, и ей пришлось преодолевать сопротивление несравнимо большее, чем мне. Видно, я задела больную струну, а может, рядом с ней действительно не было человека, который бы ее понимал и поддерживал. Она рассказала о том, что поначалу ее никто не воспринимал всерьез, а время поджимало, некогда было зарабатывать репутацию; о том, как ей пришлось провернуть несколько акций и демаршей, в результате которых окружающие ее акулы-коммерсанты стали относиться к ней как к равной, но она растеряла всех старых друзей и знакомых. Чуть стесняясь, призналась, что после знакомства с нашим отцом ей стало легче, он понимал ее и временами давал дельные советы. Ронана это задело, он тоже видел, КАКИЕ отношения сложились между ними и во что они могут вылиться.

    – М-да, сестрица, прямо как у тебя, только вариант «лайт».

    – Ронан… – недовольно сказала я.

    – А что значит «как у тебя»? Как у тебя было, ВикСин? – спросила Хелен-Инга. Я не успела открыть рот, как братец быстренько выложил.

    – Ей пришлось провести дуэль до смерти с троими одновременно в день прилета на Дезерт.

    – Ронан, не порть мне вечер, – сказала я с угрозой, но было уже поздно, Хелен-Инга нуждалась в пояснениях.

    – Понимаешь, там вообще к женщинам ужасно относятся, в лучшем случае, как к домашним животным. А женщины моей комплекции, не грудастые и не крутобедрые, и вовсе считаются отбросами, с которыми не разговаривают. Вот и пришлось… Чтобы не только разговаривали, а и подчинялись.

    – Ты смогла убить троих сразу?

    Я пожала плечами.

    – Я же Синоби…

    Хелен-Инга задумалась о чем-то невеселом. Вот братец удружил. Я взяла ее за руку и заглянула в глаза.

    – Ты действительно молодец, я восхищаюсь тобой. А мой братец просто ревнует…

    Она улыбнулась, а потом стушевалась.

    – Ревнует?

    – Ара-Лин! – возмущенно произнес Ронан.

    – Да, братец, и ты знаешь, что дразнить меня – все равно, что бегать мимо мегагюрзы. Я и сама немного обеспокоена, – это уже в сторону Хелен-Инги.

    – Обеспокоена? Чем?

    – Видишь ли, отец сейчас с Ланой, матерью Ронана, они не в официальном статусе, но это ничего не меняет. А ты очень нравишься отцу, да и он тебе.

    Хелен-Инга зарделась, как школьница, я продолжила:

    – И встает вопрос: что же дальше? Младшей женой ты, естественно, быть не можешь, только полноправной. Но это вызовет массу проблем как у твоей семьи, так и у нашей. Или вы не будете официально заявлять об отношениях?

    – Ара-Лин, мы даже не… Мы вживую увиделись три дня назад.

    Я улыбнулась.

    – Поверь нам с Ронаном, вам недолго осталось «не», – совсем засмущала девушку, ну надо же. Она сидела, перебирая бахрому на скатерти.

    – Я думала о том, чтобы родить ребенка, – тихо сказала она.

    – Родить или сделать? – переспросила я.

    – Родить.