– Я хочу знать, почему ты пришла! – потребовал ответа он.

    Судьба, помоги ответить правильно.

    – Потому что не могу забыть вашего лица тем вечером…

    Он молча смотрел на меня, потом отвел взгляд.

    – Те три женщины, которые… Им нравится то, что я делаю, не знаю, поймешь ли ты это…

    Как ни странно, понимала и поздравила себя с тем, что не выболтала психологу, что именно я делала с Таксоном, клеймо садистки – это то, без чего я обойдусь.

    – Я не собираюсь причинять тебе боль, – произнес Синоби, глядя мне в глаза.

    – Я останусь на ночь. – Что еще я могла сказать?

    – Почему? – Вот любопытство неуемное… Я встала, взяла его за руку и подвела к большому зеркалу. Мы отразились в нем вдвоем – сухощавый, но сильный мужчина, по виду которого с первого взгляда ясно – хищник, и невысокая гибкая девушка, которая, тем не менее, может за себя постоять.

    – Неужели вы сомневаетесь в своей привлекательности? – спросила я. Синоби рассматривал наши отражения, а я смотрела на него.

    – Аррен, мое имя Аррен… – сказал он, потом развернулся и, легко подхватив меня на руки, понес к спальне.

    Он обращался со мной, как со стеклянной статуэткой, ни мне, ни ему это, похоже, не доставляло удовольствия. В конце концов я решилась взять инициативу в свои руки, дело пошло на лад, только я очень пожалела о том, что так наелась. Закончилось все приятным для нас обоих образом, отдыхали мы недолго, Синоби начал новую игру. В этот раз он был лидером, все получилось просто замечательно – безудержно и страстно. После такого меня сморил сон. Под утро я проснулась от страстных поцелуев и покусываний, от которых мое тело изгибалось и вздрагивало, все повторилось опять. Когда я лежала в счастливом опустошении, не помышляя даже рукой пошевелить, до меня дошло, что, скорей всего, на теле остались отметины.

    После душа я рассмотрела себя, так и есть, небольшие синяки на запястьях и бедрах, на шее и груди следы от зубов и засосов. Что самое интересное, я не помню моменты появления некоторых из них, Аррен сумел довести меня до почти невменяемого состояния. Когда я собиралась отойти от зеркала, в ванную вошел Синоби и увидел мое отражение. Он пристально посмотрел на синяки, его лицо изменилось, как у хищника, увидевшего подраненную жертву, и он направился ко мне.

    – Аррен! Нет! – наработанные навыки не подвели, вместо испытываемого страха в голосе прозвучал приказ. Он остановился и даже мотнул головой, а потом вышел. Я посмотрела на себя, в глазах был страх.

    Когда я, закутавшись в халат, вышла, его не было в спальне, он плескался в гостевой ванной. Быстренько одевшись, я по голосовому браслету отзвонилась отцу, сказав, что все в порядке, подробности позже. Естественно, после сцены в ванной мои слова были наглой ложью, но зачем его расстраивать. Аррен сидел в ванной больше получаса, видно, в надежде, что я уйду не попрощавшись. Ну уж нет.

    – Ты еще здесь? – сказал он зло, когда пришел за одеждой.

    – Нам надо объясниться.

    – Знаете что, леди некст Викен, идите-ка вы к своему отцу, пославшему вас, и передайте, что я доволен его подарком, и он может рассчитывать на мою благодарность в разумных пределах.

    Вот гад, как больно ударил… У меня не было даже злости на это двойное оскорбление, только обида. Слезы потекли по лицу, а я думала, что такая реакция бывает только на физическую боль.