— Капитан, уже давно стемнело. Проверьте караулы.

И, как только капитан удалился выполнять команду, Ришар объяснил, повернувшись ко мне:

— В этой провинции неспокойно. В окрестностях замка действуют разбойники, нападая в темноте. Ни один из них пока не пойман. Потому приходится усиливать охрану на ночь.

А виконт Леопольд тут же дополнил сказанное своими измышлениями:

— Да, старики говорят, что нынешняя война пробудила в наших краях фекстов. Они снова почувствовали дыхание смерти. Эти твари неуловимы, но несчастий причиняют немало, убивая людей на дорогах и на окраинах поселений, и выпивая их кровь.

— И кто же такие эти фексты? — спросил я, чтобы подыграть Леопольду, уведя разговор от моего презрения к Наполеону.

— Они сродни вампирам! Это ожившие мертвецы. И они бессмертны, — охотно объяснил виконт Моравский.

Но ему возразил баронет:

— Не бессмертны, хотя и весьма живучие. Я слышал, что их можно убить стеклом или осиновым колом, если попасть прямо в сердце. А простое оружие их не берет. Обычные пули пролетают их тела насквозь, не причиняя вреда, а колотые и резаные раны на них тут же затягиваются.

Мистическая тема явно вызвала интерес. Даже заскучавшая Иванка встряла в разговор:

— Бабушка мне говорила, что фексты от дьявола!

— А я слышал, что это старые моравские солдаты, которые купили себе колдовство неуязвимости во время Тридцатилетней войны, в те времена, когда еще не всех ведьм сожгли на кострах, — сказал Влад.

Я был рад, что отвлек их от своей персоны, развив эту мистическую тему, которую почти вся компания с удовольствием подхватила. Подвыпившие присутствующие уже порядком надоели мне. После тяжелого дня с тряской дорогой и хорошего ужина мое все еще слабое тело банально желало поскорее лечь в постель и заснуть. Да и мой денщик, терпеливо стоящий рядом, уже очень сильно проголодался и, наверняка, тоже был бы не против, вкусив остатки господского ужина вместе с другими слугами, улечься на боковую у себя в коморке.

Беседой, ведущейся на нашем конце стола, заинтересовался и полковник Ришар, сообщив:

— Господа, все это было бы очень интересно про этих ваших фекстов, если бы разбойники на самом деле не убили пару дней назад на склоне соседней горы двух наших солдат из конного патруля. И пока непонятно, кто это сделал и зачем.

«Партизаны, конечно! Ясное дело! Наверняка, моравские народные мстители убивают французских оккупантов», — подумал я про себя, а вслух проговорил:

— Прошу меня простить. Я еще не оправился от ранения и очень устал с дороги. Посему разрешите откланяться.

Потихоньку мне удалось встать и двинуться в сторону винтовой лестницы с помощью Степана, который заботливо поддерживал меня под локоть. Наверное, я представлял собой в ту минуту жалкое зрелище. В замызганном колете и заштопанных лосинах, да еще и с повязкой на голове я двигался неуклюже, словно глубокий старик, подумав о том, что хорошо бы завести себе пока трость ради дополнительной точки опоры, потому что выпитое вино сделало мои ослабленные ноги совсем ватными. Тем не менее, я благополучно добрался до своей комнаты, желая уже поскорее завалиться на кровать, когда снаружи внезапно началась перестрелка.

Звуки походили на частую пальбу из разных охотничьих ружей. Впрочем, здесь в военных действиях нередко применялись именно разные ружья. В русской армии использовались ружья почти трех десятков типов от разных производителей с разбросом по году выпуска чуть ли не в сотню лет, имеющие различные диаметры каналов стволов. И это создавало серьезные проблемы для снабжения войск боеприпасами.