— Но меня же можно было просто в сторону отодвинуть, во мне же только пятьдесят два килограмма веса!

— Аня, перестаньте! Не ударил бы тогда вас я, вас ударил кто-то из ОМОНовцев. Вы же вели себя очень нахально и мешали нам.

— Но мне же было тогда пятнадцать лет!

— Анечка, действительно, давай оставим эту тему. Что было, то было и постельным бельем поросло. Тем более что мне неприятно слушать о том, как тебя били.

— Капитан страдает базедовой болезнью, поэтому у него все время тупо-удивленный вид.

— Ну, это пускай, Капитан?

— Олигарх, твой Анна, в постоянных наскоках на меня, полона обаяния. Я, кажется, начинаю понимать, почему она стала твоей подругой. Да и округлилась она из-за беременности, что тоже пошло ей на пользу.

— Тут ты прав, Капитан. А еще я люблю смотреть, как она, из-за живота, ходит как утка. Рыжик, принеси мне с того угла комнаты что угодно по своему выбору.

— Иди к черту, Олигарх. И не поднимай меня вверх, я же высоты боюсь. И потом, я же в платье, дурак!

— Голубчик, да вы выглядите как настоящий сумасшедший. Блистательная актерская работа, поздравляю вас.

— Я самый что ни есть натуральный сумасшедший и выгляжу соответственно, Аркадий. Вы все сделали, как я вас просил?

— Ноготь, моя мама-гинеколог всегда говорит, что следовать традициям оказывается гораздо дешевле, чем им не следовать. А я, миленький, прислушиваюсь к мнению моей мамы. Все сделано в строгом соответствии с вашими мудрыми указаниями. На утренней зорьке я появился у главного врача Сковской психиатрической больницы и предложил ему денег. Свою просьбу я мотивировал тем, что во вверенном ему приюте душевного нездоровья пребывает мой родственник. Ранее я передавал деньги на его достойное содержание через пожилого следователя, так как сам проживаю Москве. Но пожилой следователь куда-то пропал, и я решил моего душевно больного родственника поддержать морально и финансово лично. Главный врач взял деньги, после чего его лицо подернулось состраданием. При этом он пожелал услышать имя моего страдающего шизофренией родственника. И я назвал ваше имя, Ноготь.

— И он поверил? Обладатель такой благородной местечковой внешности, как вы, Аркадий…

— …И как будто сошедший с арийского плаката Ноготь. Главный врач чуть приподнял левую бровь, но развеял его сомнения. Я раскрыл страшную семейную тайну о том, что как мужчина я слаб и мало впечатлителен. А потому мне приходиться время от времени жениться на молоденьких пышногрудых блондинках, такова уж моя горькая доля. И вы, Ноготь, приходитесь родным братом моей теперешней супруги. По маме.

— Только такой тонкий человек как вы, Аркадий, и может успешно руководить агентством экстремального секса. Жаль только, что мне не посчастливилось познакомиться со своей родной сестрой по маме. Как ее зовут, кстати?

— Ее зовут Ольга, и я собираюсь вас познакомить.

— Вы ее привезли в Сков!? Зачем?

— Видите ли, Ноготь. Вы помните первую ненормальную, которая года полтора назад…

— Она для вас родила ребенка, Аркадий? И действительно, как я мог забыть.

— Ноготь, моя Оленька хотела бы что-то сделать для этой женщины. Главному врачу, естественно, я об этом говорить не стал. Если вы могли как-то поспособствовать…

— Аркадий, это вполне решаемо. Давайте приступим к похоронам наших проблем без промедления. Со мной в команде работают санитар Коля и медсестра Гавриловна. После исчезновения пожилого следователя с внешним миром я общаюсь только через этих людей. Я хочу вас познакомить с ними, Аркадий, и, в дальнейшем, чтобы не случилось, относительно меня вы можете общаться только с ними.