— Хуже не придумаешь.

Теперь Алексей увидел ещё двух офицеров. Один стоял у машины, второй держался за спиной майора. Видимо при всей готовности помочь незнакомому человеку они учитывали возможность непредвиденных ситуаций и на всякий случай грамотно заняли позицию для обороны.

— Что-то случилось?

Алексей горько усмехнулся.

— Меня вышвырнули из машины.

— Иномарка.

Майор не спрашивал, он уверенно фиксировал факт.

— «Москвич», — возразил Алексей и помотал головой, стараясь вытрясти из мозгов остатки дури. О «Газели» вспоминать было опасно.

— В город? Можем подвезти.

Машину вел капитан. Алексей видел только его погоны, коротко стриженный затылок и уши, торчавшие в стороны.

Они проехали километров десять, когда впереди в зареве белого света на дороге увидели несколько машин. Милицейские мигалки полосовали ночь мазками синих чернил.

Капитан притормозил, замедляя ход. Алексей увидел хорошо знакомую ему «Газель». Она стояла на обочине. Возле нее, опираясь о борта руками, широко расставив ноги, стояли трое мужчин. Два милиционера с короткоствольными автоматами наизготовку, держали их под прицелом.

Алексей узнал одного: это были тот, что остановил его на дороге, заставил надышаться химической гадостью и бросил на обочине. Значит, их было трое. Хорошо ещё не убили. Что им стоило пырнуть его ножом или приложить чем-то тяжелым по тыкве…

Теперь Алексей больше всего боялся, что их остановят. Его серьезно пугала встреча с бандитами. Если те совершили что-то более серьезное, чем угон автомашины, им могло показаться выгодным указать на него как на водителя, пострадавшего от их рук. Тогда неизбежно возникали вопросы и на них надо было бы отвечать.

Подняв жезл, навстречу машине вышел двинулся милиционер с автоматом, в каске и тяжелом бронежилете. Подошел со стороны водителя. Увидел офицеров, разрешающе махнул рукой:

— Проезжайте.

Когда машина тронулась, майор обернулся к Алексею.

— Чикаемся мы со всякой сволочью. Раз поймали — надо стрелять. Лично я бы только так…

Алексей не ответил.

Ехать домой он не рискнул. Поздно ночью добрался до дома Жанны, поднялся на седьмой этаж. Позвонил. Прошло как ему показалось изрядно времени, прежде чем за дверью раздался заспанный и в то же время встревоженный голос. Мелькнула гадкая мысль: «А что если у неё мужчина?» Стоял, не зная что сказать. Ответил только на повторный вопрос:

— Жанна, это я, Алексей. Открой, если можно.

— Ты пьяный? — задала она неожиданный для него вопрос.

— Нет, — ответил он уверенно, — только голодный.

Щелкнул замок. Зазвенела снимаемая цепочки. Дверь открылась. Жанна сразу заметила — он прихрамывает.

— Что с ногой?

— Мура, — он отмахнулся от вопроса, но тут же поморщился от боли.

— Вот что, Алеша. — Она встала и подошла к нему. — Давай я взгляну, что там у тебя.

— Зачем? — Он отшатнулся от нее, словно испугавшись. — Просто слегка потянул сухожилие. Это пройдет. Само.

— Нет, ты должен мне показать. — В Жанне всколыхнулось упрямство. — Давай условимся: либо ты мне покажешь ногу, либо собирайся и уходи.

— Ультиматум? — Он старался придать вопросу шутливый характер.

— Да. — Ответ прозвучал энергично и зло.

Алексей тяжело вздохнул. По голосу Жанны он понял — её условие совсем не шутка. Она в самом деле злится на его упрямство.

Перспектива уйти отсюда Алексея никак не устраивала.