— Мы, — поправил Реджис.

— Мо блатун! — крикнул Пайкел.

— Нет, не я, — сказал Айван, качая головой. — Они знают и они придут. Это я пустил Вульфгара в ту комнату, и если они знали, что он там — то знали, кто пустил его туда.

— Ты не можешь быть так уверен, — сказал Реджис, но не успел он договорить, как крик «Айван Валуноплечий!» донесся от дома.

Пайкел свистнул лозе, которая повисла на двери, и растение распрямилось, стукнув по двери и заставляя ту закрыться.

— Я могу отвлечь их, но вы должны выяснить, куда удрало это существо, — сказал Айван. — Я могу сказать, что Вульфгар пошел туда, чтобы выставить прочь демона, и если мы выясним, куда делось создание, они поблагодарят меня, а не лишат головы!

— Оооо, мо блатун! — вздохнул Пайкел.

— Давайте, идите, идите, — приказал Айван, толкая Реджиса и брата в сторону большого растения, растущего с краю кухни. Его огромная кадка, в соответствии с планом здания, не имела дна.

— Куда? — спросил Реджис. — Они же на улице.

Но Пайкел взял хафлинга за руку. Культей второй руки он потянулся к растению. В то мгновение, когда дверь коттеджа дрогнула, Пайкел и Реджис нырнули в зеленый стебель, устремляясь к его корням, которое отнесли их прямо в сад.

Они вышли посреди переплетенных ветвей сирени и увидели, как Айвана тащат прочь из дома. Руки дворфа были связаны за спиной.

— Гр-р, — сказал Пайкел, но Реджис потащил его назад, в укрытие листьев.

— Самое лучшее, что мы можем сделать для твоего брата…

— Мо блатун!

— Тс-с-с! — умолял Реджис. — Да, самое лучшее, что мы можем сделать для твоего… для Айвана, это найти… найти… найти что бы то ни было. То, что утащило Вульфгара.

Пайкел покивал в знак согласия, но потом наморщил нос, словно из отвращения.

— Что такое? — спросил хафлинг.

— Вонючка, — сказал Пайкел, вылезая из сирени и прыгая по кругу.

— Не так уж плохо, — сказал Реджис, кивая на растущую позади сирень.

— Нет, нет, нет, — бормотал Пайкел, описывая широкую дугу, а затем останавливаясь. Он снова побежал, указывая на точку в земле и повторяя «Вонючка».

Когда Реджис подошел ближе, то увидел место, где садовая трава была мертвой и гнилой. Он собирался сказать, что в этом нет никакого смысла, так как остальной газон был живым и здоровым, но потом понял, что взволновало Пайкела.

Это след.

Демон-самозванец, укравший Вульфгара, оставил за собой след, который знали растения.

А Пайкел умел вести с ними задушевные беседы.

— Отдайте мне камень, — настаивала Малкантет.

Бевубо Висящий Язык и Комтодди обменялись нервными взглядами. Откуда это создание знало их имена? Она спрашивала именно о них.

Женщина решительно протянула руку Бевубо.

— Я знаю, что он у тебя в кармане, — сказала суккуб. — Это тело чувствует свою душу. Оно привело меня к тебе. Ты сейчас же отдашь камень, или я разорву тебя на части и возьму его сама.

Спригган был почти в два раза выше суккуба, однако, он не сомневался, что созданию не составит труда выполнить свою угрозу, не говоря уже о группе уродливых демонов, чем-то средним между человеком и мухой, которые ползали по потолку. Бевубо полез в карман и достал драгоценный камень, в котором была заключена душа королевы Концеттины.

— Мне нужна комната, — сказала Малкантет.