Хафлинг глубоко вздохнул и поморщился.

— Я так верил в это мгновение, одновременно пребывая в ужасе от одной мысли о нем, — сказал он. — Если её тут нет…

— Она здесь, — категорически отрезал Вульфгар, удивляя Реджиса. — Она там. И она ждет тебя.

— Но ты только что сказал…

— Может быть, я не понял. Я не слышал, чтобы ты прежде так говорил о ней. Но если твоя любовь к этой женщине столь глубока, то могу только надеяться, что её собственные чувства не могут быть чем-то меньшим. Ты ждал бы её до конца своих дней, правда?

Реджис улыбнулся и кивнул.

— И на смертном одре я бы смотрел на ручку двери, ожидая, что она повернется.

— Ладно. Удача и хорошие друзья никогда не доведут до такого, — заметил Вульфгар. — Идем, Реджи… Паук Паррафин, найдем твою давно потерянную любовь.

Обогнув угол, Вульфгар потянул Реджиса за плечо, но остановился и внимательно осмотрел виллу.

— Смогу ли я там поместиться? — спросил он, памятуя о своем почти семифутовом росте.

— На корточках, — предположил Реджис. — И не сиди на стульях с поручнями. Иначе, боюсь, мы не станем вытаскивать твои жирные ляжки из их объятий.

Смех двух совершенно непохожих компаньонов — один из которых был в два раза больше и в три раза тяжелее второго, полетел по улице к Морадо Тополино. К моменту, когда спутники миновали половину пути, они привлекли внимание охранников, которые теперь с любопытством разглядывали их.

Охранники встали, желая загородить друзьям путь. Еще несколько стражей появилось из-за изгороди. Некоторые из них держали в руках арбалеты. Было ясно, что Морадо Тополино находится в боевой готовности, что заставило Реджиса заметно забеспокоится.

— Вы кто? — начал допрос один из дюжих охранников.

— По каким делам? — одновременно спросил второй, но, едва эти слова слетели с его языка, несколько хафлингов с арбалетами воскликнули «Паук!», что заставило двоицу, загородившую проход, узнать гостя. На их лицах расплылись широкие и счастливые улыбки.

— Паук? — спросили они хором, делая шаг вперед.

Реджис приветствовал их, называя одного из них Донфеллоу, и троица разделила рукопожатия и объятия.

— Мой друг, Вульфгар, — представил Реджис своего спутника. Однако, глаза хафлинга были устремлены не на Вульфгара. Взгляд Реджиса скользил по множеству стражей, которые возникли из тайных укрытий, и на тех, что до сих пор прятались в кустах и были с трудом замечены им лишь недавно.

— Мы бдительны, — ответил Донфеллоу на вопросительный взгляд Реджиса.

— Новая жизнь Морадо Тополино, — добавил второй здоровенный охранник. — С той ночи, как ты ушел, Бабуля Доннола не позволяет нам оказаться снова застигнутыми врасплох.

— Никогда! — подтвердил Донфеллоу с мрачной решимостью.

— Доннола, — прошептал Реджис, который, как казалось, вот-вот разрыдается от счастья. Она жива!

— Бабуля? — смущенно спросил Вульфгар, подталкивая друга.

— Это титул предводителя, а не обозначение возраста, — ответил хафлинг. Для Донфеллоу, он добавил: — Прошу, скажи, что вы не объявляли обо мне?

Страж с подозрением посмотрел на хафлинга.