— Ты — маленький преданный спейсер, да? «Предан Империи и Патрулю, в соответствии с присягой!» Так ты сказал мне в Доггоце. И тогда я решил, что это правда. Тогда я решил, что ты так и думаешь. Но потом мы устроили Приору выкачку мозгов, верно? Слишком хорошо сработало, по-моему. Ты набрался слишком многих воспоминаний о Братстве тогда, по-моему. Ты стал думать, как Приор.

Случилось так, что ты перестал понимать, кто ты — Ваун, Приор или оба сразу.

Тогда-то мы и потеряли тебя. С тех пор ты и работаешь на Братство!

— Чепуха, — рявкнул Ваун. — В этом случае ваш долг был пристрелить меня, а мой — успеть первым перебросить вас через эти перила.

В голубых глазах Рокера восторжествовал триумф. Ваун зашелся и чуть не рискнул угрожать старшему офицеру, а служба безопасности, несомненно, записала каждое слово. Трибунал Рокера славился предсказуемостью и фатальностью.

Скорпионы траханые!

Здоровяк ждал, что будет дальше. Ничего не последовало, и он, угрожающе самодовольный, продолжил:

— Так ты хочешь, чтобы я поверил, будто ты предан Патрулю, да? И ты не против это доказать?

Сейчас что-то выяснится. — Это для меня честь, оказать услугу… сэр.

— Рокер скривил губу.

— Где остальные двое?

— Какие двое… Пропавшие братья? — Пропавшие кукушата, Дайк и Сессии. Мы так и не поймали их, верно? Где ты прятал их все эти годы? Что ты замышлял?

Ваун почувствовал себя намного лучше. Если Рокер хочет связать его с этими двумя, тогда он с удовольствием попробует.

— Ничего о них не знаю. Понятия не имею, где они, и никогда не имел.

Порой искренность невероятно освежает. Адмиралиссимус оскалился:

— Ну, ты отыщешь их для меня!

— Я? — Зажглись предупреждающие огоньки инстинкта. Он изучил ухмылку Рокера и нашел ее неприятно самоуверенной. — Каким образом?

— Я тебе потом объясню. У меня есть эксперт, который тебе поможет.

— Это угроза?

— Угроза? Нет, нет. Вовсе нет. Ты просто продемонстрируешь свою преданность Патрулю, выполнив… умеренно рискованную… да, умеренно рискованную операцию. Храбрость твоя легендарна. Куилд будет тебе помогать. Вы вместе отыщете для нас пропавших братьев. Прямо здесь, в Вэлхэле.

Рокер, очевидно, знал что-то, чего не знал Ваун. Что-то должно быть за этим безумием, что-то, объясняющее триумфальный блеск голубых кайлбранских очей.

***

А «закрепитель» не надо! — сказал Ваун. — Медик-робот сновал и суетился.

Он уже неодобрительно поцокал над синяками, но не выдал никаких зловещих предостережений типа «в вашем возрасте», «выписать еще лекарств» и «не волнуйтесь». Он до сих пор чувствовал слабость и раздражение, но они скорее всего были вызваны подавленной злобой на Рокера, а не несколькими часами задержки принятия ежедневной порции бустера.

Ваун поздоровался с одиозной коллекцией гостей, приведенных адмиралиссимусом; потом пронаблюдал, как гости расправляются с его лучшими напитками в Радужной Комнате в ожидании банкета, ими заказанного. Прежде ни один из них здесь не бывал. Ваун не существовал как элемент высшего света, но мародерство было, очевидно, вполне в рамках морального кодекса.

Потерпев некоторое время артобстрел остроумия, он извинился, сказав, что ему надо заняться личными делами. По иронии судьбы смерть Тэма, наверное, немного смягчала их издевательства. Даже среди самой низкой толпы Тэма любили и теперь скорбели о нем. Большинство одобряли действия Вауна.

Зловещий малиновый состав выплеснулся из медика. Ваун выпил его одним глотком.