— Они спросят тебя, чего ты хочешь в качестве награды, лейтенант.

— Спросят?

Мэви мрачно улыбается.

— Не надо продавать себя слишком дешево. Я поняла это очень давно.

— Что бы вы порекомендовали в качестве разумной платы?

— Требуй все на свете. Они тебе все что угодно пообещают — только непременно попроси.

С неожиданным трепетом возбуждения Ваун понимает, что у него есть одно желание, которого не было раньше никогда.

— Они сдержат свои обещания?

— Может быть, если удастся таким образом все уладить, им придется. — Какое-то мгновение она мрачно изучает Вауна. — Есть много способов поймать на крючок обычных людей, но ты совсем другой. Вот поэтому-то они и подсластили твой бустер. Понял?

— Да, кажется.

— Скоро они начнут подпихивать под тебя девиц. Девушек, которым они доверяют. Они хотят получить все возможные доступы к тебе. Понимаешь?

Он кивает.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— Затем, что я хочу, чтобы у тебя была возможность бороться во время переговоров. Затем, что я серьезно отношусь к Приору. Затем, что я презираю Рокера.

Это было из области невозможного. Она видит, что он ей не верит, и ее голос становится настойчивее.

— Это все, что я чувствовала, когда спала с ним. О, он может притвориться, когда надо, но у него тяга к молоденьким мальчикам.

Даже после пяти лет в Доггоце это оставалось вне разумения Вауна, но идея совокупления тогда отвращала его сама по себе.

— А почему он не пользуется «закрепителем»?

— О, он им пользуется. И тогда еще больше бегает за молоденькими мальчиками.

Ваун задумывается об этом со всем прежним отвращением.

— Это поэтому коммодор Тэм расхаживает здесь почти голый?

Мэви загадочно пожимает плечами.

— У него это не в обычае, но, возможно, ему велели поглядеть, к чему тебя тянет.

— Нет. К этому — нет.

А вот нечто другое теперь кажется намного более интересным.

— Хорошо. Теперь слушай, мальчишка-лейтенант, если когда-нибудь то, что я рассказала тебе о Рокере, просочится, тогда ему никогда не стать адмиралиссимусом, а это его цель. Если он узнает, что я рассказала тебе, он нас обоих скормит хищным зверям. Я могу верить, что ты меня не предашь?

Ваун кивает. Он поднимает себя, как рычагом, в вертикальное положение и держится на ногах намного лучше, чем ожидал. Она вплывает в его объятия, и их губы встречаются.

***

После долгих лет отсутствия Рокер вернулся в Вэлхэл с победой в омерзительной компании паршивцев. Адмиралиссимус и сам был отъявленной мразью, но в его компании встречались экземпляры и похлеще. Мудрые советчики, которые были у него прежде, типа Уэджери и Малгрова, остались далеко в прошлом. Теперь он якшался с отбросами — Кареглью, Легарфом, Тоулетом, Липо — сборищем наиболее невыносимых и бездарных подхалимов из Патруля, старательно подобранных, несомненно, тщательно выбранных из-за их способности досадить Вауну. И теперь они веселились и пировали в Большом Зале, подобно шайке победивших висканских всадников.

Ваун апатично ковырялся в выставляемых перед ним шедеврах кулинарии.

Очевидно, составитель меню не остановился ни перед какими расходами: икра стрилеров, мороженая жар-птица с Гангадора, желе из язычков дилформ, арктические трюфели… Кроме того, он мрачно отметил, что разграблен и его наиболее рьяно охраняемый угол винного погреба.

Рокер наслаждался жизнью вовсю, громко рассказывал скабрезные истории, которые его кореша приветствовали канонадами аплодисментов и деланного веселья.