Теперь я рассмеялся. Вот же наглец. И чего он добивается? Понимает же, что мне не нужны его паршивые деньги.

— Вы спешите с ответом, — продолжил Астафьев. — Но я ведь не договорил.

Что-то мелькнуло в его кармане. Возможно записывающее устройство, а может и защитный артефакт, потому что Хрум прыгнул на стол и клацнул челюстью. При этом граф слегка дёрнулся, приготовившись к нападению.

— Продолжайте, — взял я Хрума на руки и погладил его по дрожащим от напряжения иголкам. Только благодаря мне он сейчас не устроил молниевый катаклизм.

— Так вот, я не договорил, — продолжил Астафьев, уже держа руку за пазухой. — Вместо этого я предлагаю вам подпись об окончании войны между Потёмкиными и Астафьевыми. К тому же миллион рублей и небольшой, но прибыльный заводик по производству магических ламп.

Я ни секунды не собирался раздумывать. Сделки с такими людьми не могут быть честными.

— Нет, — твёрдо произнёс я. — Мне ничего от вас не нужно. Ни материальных благ, ни вшивых заводиков. Я сам поднимусь, без вашей помощи. И война меня ничуть не пугает.

— Зря, — на лице Астафьева промелькнуло разочарование. — Я ведь хотел как лучше…

— Вы и ваша семья уже сделали всё, чтобы расколоть Потёмкиных и Астафьевых, — хмыкнул я. — К тому же вы ведь всё равно продолжите покушаться на мою жизнь. Просто потом вы сделаете всё тихо, и у вас будет алиби в виде подписанного перемирия. Так что… идите-ка вы нахрен, Дмитрий Иванович.

Астафьев внезапно побагровел, сдерживаясь. Ну а я поднялся из-за стола, закинул пыхтящего как паровоз Хрума в ранец. Затем направился к выходу из ресторана.

— Подумайте! — услышал я вслед голос Астафьева. — Я вам даю сутки на принятие окончательного решения!

— Нахрен! — повторил я, и вышел из зала.

По пути я вновь заказал такси, которое приехало достаточно быстро. И мы с Хрумом направились в сторону Южного парка.

Чуть позже, миновав арку с табличкой «ЮЖНЫЙ», мы зашли в парк. И я дал задание Хруму найти борщевик. Стоило мне расстегнуть ранец, как боевой ёж выскочил, устремляясь в сторону ближайших зарослей. Несколько местных котов с визгом разбежались в сторону. Раздался отдалённый грозный лай собаки.

Я обогнул неухоженный разросшийся кустарник, а потом увидел Хрума, который трескал ядовитое растение, довольно причмокивая. Причём уже пятое по счёту. Этому свидетельствовала свежая земля. Он уничтожал растение вместе с корневой системой.

— И что это мы тут делаем? — раздался вкрадчивый голос рядом. Я заметил пожилого мужчину в форме охранника парка. — Это ведь вредительство.

— А я думаю, что за это нужно благодарность выписывать, — возразил я.

— Уважаемый, вы в своём уме? Он портит газон, а ведь здесь люди отдыхают, — стоял на своём охранник. — Это ваш питомец?

— Разумеется, — хмыкнул я в ответ.

— Тогда немедленно прекратите это безобразие, — резко повысил тон охранник. — Иначе я буду вынужден написать на вас жалобу и выдворить за пределы парка.

— Вы не поняли, — показал я на Хрума, который накинулся на следующий куст борщевика. — Присмотритесь к растению. Остальные он не трогает.

— Хм… — охранник подошёл поближе, присел на корточки. — Удивительно. Беру свои слова обратно. А как он?.. Вы не боитесь за здоровье вашего питомца? Растение ядовитое.

— Ему оно только на пользу, — хмыкнул я.

Постепенно вокруг нас начали собираться стихийные посетители парка, многие начали удивлённо переговариваться, кто-то принялся снимать.

Хрум успокоился лишь в тот момент, когда уничтожил большую поросль борщевика. Он медленно вернулся ко мне, затем открыл пасть.