Тут и голос Палыча проклюнулся в наушниках.

— … слышно⁈ Ответьте!

— Да, Семён Павлович, теперь слышно, — отозвался я. — Магический фон был явно сильным, поэтому и связи не было.

— Доложите обстановку, — потребовал босс.

— Фениксы вернулись на базу. Пчёл усмирили, Анна приступает к лечению пострадавших от укусов, — ответил Даниил. — Вызов почти закрыт.

— Отлично, — довольным голосом произнёс Палыч. — Появитесь в центре, можете сразу собираться домой. Внеурочные вам оплатят в двойном размере.

— А отчёт? — спросил Макс.

— Отчёт уже завтра, как и объяснительная для безопасников, — отозвался Палыч. — Отдыхайте. Вы имеете на это право.

Палыч отключился, ну а мы переключились на общение с князем Облучниковым. Оказывается, его сын занимается разведением магических пчёл. Бум в этом направлении начался ещё лет тридцать назад, когда меня ещё не было в этом мире.

Местные маги-селекционеры вывели новый подвид магических питомцев, мано-пчёл, которые приносили усиленный магией мёд, спасающий от множества опасных болезней, вроде астральной чумы или заболеваний, передающихся по генам.

Но затем популярность мано-пчелиных пасек сошла на нет. Основной причиной являлась опасность самих насекомых, которые были очень чувствительны даже к незначительным колебаниям магического фона.

Вот и сейчас произошёл аномальный скачок, от которого пчёлы одичали и стали агрессивными, как нам объяснил Облучников.

Княжич, похожий как под копирку на своего отца, с аккуратной бородкой и постоянным ироничным прищуром, выразил благодарность за спасение. Я заметил на его шее и щеке две большие чёрные точки, следы от полученных ожогов.

Он поспешил в сторону своей пасеки, устроенной на заднем дворе фамильного дома, а мы остались с князем, его супругой и двумя уже совершеннолетними дочерьми, которые стреляли в нашу сторону гла́зками.

— Вы так нам помогли, и я не могу вас так просто отпустить, — довольно улыбнулся Облучников. — Вам следует попробовать медовые соты, их мой сын срезал буквально вчера. Такого вы точно никогда не пробовали.

Мы переглянулись, и у всех я заметил явное желание остаться. Ну а раз Палыч никуда не торопит, почему бы и не продегустировать чудный продукт. Лично я ни разу его не пробовал.

Мы расположились в просторной беседке в глубине фруктового сада, прислуга уже накрыла стол, поставил большой чайник и заварник, расставила фарфоровые чашки с блюдцами и принялась разливать душистый чай с облепихой и мятой. Эти запахи мне напомнили мой детство в прошлом мире. У деда с бабушкой частенько мы устраивали такие чайные церемонии, проводя время в весёлых беседах.

— Это просто удивительно! — воскликнул княжич, появляясь возле беседки. — Пчёлы успокоились и вернулись к своей работе, будто и не было ничего недавно.

— Этого мы и добивались, — улыбнулся Иван. — Рады, что всё хорошо.

Затем принесли большое блюдо, на котором лежали искрящиеся золотом и порезанные кубиками кусочки медовых сот. Аромат был настолько восхитителен, что у меня поневоле начала выделяться слюна.

— Смелей, пробуйте, — указал на блюдо Облучников и сам попробовал один из кусочков. — М-м-м, в этом году как никогда вкусный мёд. И, главное, его эффект. Сейчас вы поймёте, о чём я.

Я закинул в рот один из ближайших кусочков, он буквально растаял во рту. Чем-то напоминает майский мёд с оттенками гречишного. Но я почувствовал ещё один оттенок вкуса. Точнее, послевкусие, будто съел кусочек дыни.

А что самое главное, когда я разжёвывал соты, они впоследствии растаяли во рту, оставляя ещё один оттенок. Свежая мята, я бы так это назвал.

Моя нова заискрилась, начиная очень быстро наполняться маной.