Дальше – больше.

Хоть мне и обещали отсутствие серьезной побочки, но самостоятельно передвигаться оказалось на удивление тяжело. Едва я сделал пару шагов к выходу, как руки и ноги налились свинцовой тяжестью, в висках предупреждающе застучало, а сердце зашлось в таком галопе, что я вынужденно остановился и хватанул ртом ставший внезапно душным воздух.

«Опасность. Чрезмерная нагрузка на нервную, опорно-двигательную и сердечно-сосудистую системы… – обеспокоенно взялась за перечисление моих проблем подруга. – Рекомендуется перезагрузка данных».

Я упрямо мотнул головой.

Нет. Спать сейчас нельзя. Жрать тоже хотелось неимоверно. Поэтому мне нужна корректировка… лучше две или три, чтобы я смог дойти до столовой, нормально поесть и доползти до личной комнаты, где меня уже никто не потревожит.

Эмма с моими доводами не согласилась и все то время, пока я с трудом полз по лестнице на этаж, продолжала нудеть, что без перезагрузки я вот прямо сейчас возьму и сдохну.

Знаю, милая, знаю, но есть такое слово – нельзя. И еще одно слово – надо. Да и выбора у меня, по сути, нет.

С горем пополам, пережив не три, а целых пять корректировок, я все же выбрался наверх, добрел до читального зала, отключил терминал, предварительно убрав оттуда созданную Эммой программку. После чего проведал старика Орина, убедился, что тот скоро проснется, а затем упрямо потащился в столовую, постепенно приходя в себя и чувствуя, как шаг за шагом расслабляются сведенные судорогой мышцы и как со скрипом сгибаются-разгибаются суставы, в которые, по моим ощущениям, какой-то гад насыпал кучу песка.

В столовую, как следовало догадаться, я снова приперся в числе последних. Вернее, когда я, чувствуя себя столетним инвалидом с тяжелой формой церебрального паралича, сумел туда доползти, народ в большинстве своем уже разошелся, так что поесть мне никто не помешал, и я прямо на раздатке вцепился зубами в какой-то пирог, потому что к тому времени голод меня обуял прямо-таки звериный.

Видимо, организм потратил сегодня много энергии, вот и требовал ее восполнения. Зато, когда я наелся от пуза, сил у меня заметно прибавилось, и до жилого корпуса я добрался уже вполне сносно.

Потом меня, конечно же, вырубило, и до десяти утра я продрых как убитый. А вот после пробуждения мои ощущения стали намного более конкретными, и я с удивлением обнаружил, что чувствую себя так, как будто вчера отпахал на тренировке у лаира Дракона от зари до зари, а потом провел еще две таких же, и у меня теперь все тело жутко болит. При том что обезболивание Эмма наверняка усилила.

«Перезагрузка данных завершена. Информация с модуля «ЭДО-25» успешно встроена в разум носителя и доступна к использованию», – невозмутимым голосом сообщила подруга.

Я только угукнул и попросил ее заблокировать болевые рецепторы по максимуму, иначе с постели просто не поднимусь. Хорошо еще, что сегодня сан-рэ, воскресенье, и мне не нужно переться на занятия. Но до завтрашнего утра следовало привести себя в порядок, потому что завтра у меня по расписанию целых три пары и одна из них физкультура. А послезавтра еще и факультатив. И если я не успею восстановиться вовремя, то на первой же тренировке тупо спалюсь.

В информацию, полученную от модуля, я, разумеется, залез. Хоть мне и было фигово, но надо было понять, что именно во мне изменилось. И изменилось ли оно вообще.

К счастью, оказалось, что насчет пакета данных информация была правдивой, поэтому моя персональная справочная обновилась, и теперь там появился большой подраздел, заглянув в который я стал обладателем целой кучи всевозможных сведений, которыми в прошлой жизни особо не интересовался.