А что?

Она ведь личность, пусть не моя и к тому же порядком урезанная. А раз личность, то почему я должен относиться к ней как к машине? К тому же раз мы до конца своих дней обречены на совместное существование (обратного процесса протокол «Слияние» не предусматривал), то мне будет комфортнее, если я поверю, что в моей голове сидит простая и милая девушка Эмма, а не бесстрастный, черствый, мало что понимающий в жизни и способный лишь на беспрекословное подчинение модуль «АЭМ-3».

«Запрос на саморазвитие получен, – неожиданно откликнулась на мои мысли система. – Процесс самообучения запущен. Ориентировочное время окончания процесса…»

Я тихо рассмеялся.

«Не парься, подруга. Люди учатся всю жизнь, так что можешь даже не подсчитывать. Твое обучение не закончится никогда».

«Поправка принята», – с ноткой растерянности отозвалась Эмма.

«Вот и отлично, – кивнул я и кинул взгляд на браслет, где отпечатались цифры: двадцать один пятьдесят восемь. – Все, пора на боковую. Разбуди меня, пожалуйста, в семь. А заодно загрузи из библиотеки расписание и базовую программу обучения для младших классов. Нужна информация для завтрашних уроков. Не хочу быть единственным, кто не готов отвечать у доски».

«Запрос исполнен, – гораздо увереннее сообщила подруга. А когда снаружи прозвучал сигнал отбоя, неожиданно призналась: – Доступен протокол глубокого сна. Применить?»

Я непроизвольно зевнул.

«А какие у него есть плюсы по сравнению с обычным сном?»

«Во время глубокого сна возможно ускорение процесса адаптации, вызванного протоколом «Слияние», а также есть возможность применить протоколы восстановления исходного количества найниитовых частиц. Проект «Гибрид-2» не завершен, для более продуктивного контакта с носителем крови требуется углубленная настройка».

«Хм. То есть ты способна избавить меня от последствий пребывания в капсуле и одновременно можешь начать восстанавливать популяцию найниита?»

«Ответ положительный».

Я достал из-под рубахи подвешенную на веревке небольшую емкость, в которой хранил стыренный из лаборатории перегоревший найт, и, полюбовавшись бесценной пылью, открыл пробку.

«Использование глубокого сна разрешаю. Расходный материал есть, так что работай. Время пробуждения – семь утра. Если что-то пойдет не так, буди».

«Запрос принят. Проводится оценка гормонального фона. Начинаю синхронизацию ритмов», – тихонько прошелестела система, как только я скинул одежку и забрался под одеяло.

«И это… Эмма… будь добра, давай уже будем обращаться друг к другу по имени».

«Запрос принят», – так же тихо ответила она, после чего меня моментально сморило, и я отрубился, не успев даже толком донести голову до подушки.

* * *

Утром я проснулся ровно в семь ноль ноль по местному времени, причем бодрым, хорошо отдохнувшим и даже в прекрасном настроении. Видимо, Эмма что-то там перемудрила, когда вмешивалась в мой организм, поэтому меня буквально переполняла энергия и хотелось куда-то с ходу мчаться, что-то делать, носиться кругами по комнате и орать какие-то глупости.

«Корректировка гормонального фона», – прошептала система, не успел я о ней подумать. После чего невесть откуда взявшаяся эйфория так же быстро испарилась, и я с облегчением выдохнул, поняв, что делать глупости мне уже не хочется.

«Как успехи с адаптацией?»

«До завершения процесса адаптации потребуется от трех до пяти дней.