Он снова услышал материнские мысли: “Джомми, несколько человек обошли нас спереди, остальные переходят улицу. Пора, малыш. Помни, о чем я тебе говорила. Ты должен посвятить себя слэнам, вернуть им нормальную жизнь. Для этого необходимо убить Кира Грея, нашего заклятого врага. Ты должен сделать это, если даже придется проникнуть в его дворец. Не выдавай себя, когда начнутся стрельба и паника. Удачи тебе, Джомми!”

Мать, прощаясь, в последний раз сжала его руку — и отпустила. И Джомми ощутил резкую перемену мыслей. Страх отступил, и теперь ее мозг излучал спокойствие, снимал напряжение и замедлял биение обоих сердец.

Джомми спрятался за спины идущих позади мужчин и женщин и сразу же заметил людей, которые устремились к высокой фигуре матери, ничем не отличавшейся от остальных людей — просто женщина в брюках и розовой блузке, с волосами, туго перевязанными платком. Мужчины в гражданском, с лицами, омраченными предстоявшей им неприятной миссией, переходили улицу. В их мыслях, извергшихся на Джомми черным водопадом, явственно проскальзывало недовольство, разбавленное ненавистью. Он уже собрался бежать, но эти их чувства парализовали его. Кому нужна его жизнь? И жизнь его замечательной, нежной и умной матери? Это какая-то ошибка!

Подобно громадному драгоценному камню, сверкнул на солнце автомобиль, притормозил у тротуара.

— Вон ее ребенок! — раздался сзади резкий голос — Не дайте ему скрыться. Ловите мальчишку!

Люди останавливались и с удивлением глядели вслед стремглав бежавшему Джомми. В их мыслях не было злобы. Джомми юркнул за угол и помчался по Кэпитал-авеню. Впереди газанул лимузин. Мальчик рванулся и ухватился сильными пальцами за задний бампер. Подтянувшись, он повис на борту. Автомобиль, набирая скорость, влился в плотный поток машин. Издалека донеслась мысль:

“Будь счастлив, Джомми!”

Несмотря на то что все девять лет мать готовила его к разлуке, у Джомми запершило в горле, на глаза навернулись слезы.

“Ты тоже, мама!” — мысленно прокричал он в ответ.

Автомобиль мчался, пожирая мили. Прохожие останавливались, опасливо глядели на малыша, прилепившегося к сверкающему бамперу. Джомми чувствовал на себе пристальные взгляды и ловил пульсирующие мысли-вскрики, адресованные водителю. Но тот либо их не слышал, либо не обращал внимания.

Следом потянулись мыслеформы людей, спешивших к телефонным будкам, чтобы сообщить в полицию о мальчике, пристроившемся к бамперу машины. Джомми съежился, выискивая глазами патрульный автомобиль, который с минуты на минуту должен был появиться сзади и сигналами остановить мчащуюся машину. Он переключился на тех, кто был внутри автомобиля.

Навстречу ринулся поток импульсов, излучаемых двумя пассажирами. Джомми вздрогнул и едва не разжал руки. Опустив взгляд, мальчик глянул вниз, на мостовую, и почувствовал головокружение — автомобиль мчался так быстро, что поверхность дороги сливалась в бесконечную ленту.

Его сознание осторожно установило контакт с мозгом попутчиков. Мысли водителя были полностью заняты управлением. Лишь однажды он вспомнил о пистолете в кобуре под мышкой. Сэм Андерс был личным водителем и телохранителем сидящего рядом Джона Петти — начальника тайной полиции всемогущего Кира Грея.

Мысль о том, что автомобиль принадлежит начальнику полиции, поразила Джомми будто током. Знаменитый охотник на слэнов сидел расслабившись, не обращая внимания на бешеную скорость, а мысли его кружились медленно и лениво.

Какой могучий разум! Здесь мало что можно было прочесть, кроме нечетких контуров. В том, что Джон Петти мог сознательно контролировать свои мысли, для Джомми не было ничего удивительного. Однако в данном случае он столкнулся с барьером не менее надежным, чем барьер, который мог выстроить слэн.