— Настоящему слэну! — потрясенно вымолвил Миллер. — Так, значит, вы — Кросс?

— Именно.

— Должно быть, у вас есть веские причины меня задерживать, но, ей-богу, не понимаю, чего вы добиваетесь, подчинив меня своей воле.

Неожиданно Миллер со всей ясностью осознал противоестественность этого разговора, проходившего в глубоком ущелье под черным, затянутым облаками небом. Сквозь дымку проглядывала лишь одна из двух лун Марса, ее неясный белесый облик тускло маячил в бездонной громаде неба. Он поспешно добавил:

— Не понимаю, как я могу разговаривать с вами, даже спорить. Я всегда полагал, что гипноз затормаживает умственную деятельность.

— Гипнотизм — это целая наука, — ответил Кросс, не прерывая прощупывания мозга своего собеседника, — Он оперирует одновременно множеством фактов. Контроль над объектом подразумевает полную физическую свободу последнего, исключая волю, которая подчинена внешнему воздействию. Но не будем терять времени… — голос Кросса зазвучал резче; постепенно он ослабил хватку чужого мозга. — Итак, завтра у вас выходной день. Вы пойдете в статистическое бюро и уточните фамилии и настоящее местопребывание всех людей с моими физическими параметрами.

Он прервал речь, потому что пленник неожиданно рассмеялся:

— Бога ради, приятель Это я могу вам сообщить хоть сейчас. Несколько лет назад, когда была получена информация о Кроссе, за всеми этими людьми было установлено наблюдение. Они находятся под постоянным надзором. Все они женаты и… — голос Миллера дрогнул.

— Продолжайте, — усмехнулся Кросс.

— Всего их двадцать семь человек, и они до мелочей походят на вас, — продолжил Миллер. — Просто поразительно, насколько это редкое сочетание.

— Дальше!

— Один из них, — удрученно пробормотал Миллер, — женат на женщине, которая на прошлой неделе попала в серьезную аварию на космическом корабле. У нее сильнейшее повреждение мозга. Конечно, она будет возвращена к жизни, но…

— На это уйдет несколько недель, — закончил за него Кросс — Имя этого человека Бертон Корлисс. Он живет в пригороде Киммериума и работает на заводе по сборке космических кораблей. Подобно вам, Корлисс каждый четвертый день выезжает в город.

— Нам нужен куда более суровый закон в отношении типов, которые читают мысли, — мрачно пробормотал Миллер. — К счастью, установки Поргрейва немедленно обнаружат ваше присутствие, — закончил он более весело.

— Вот как? — Кросс давно обнаружил в мозгу Миллера негативное отношение к телепатии, но сейчас там появилась куда более важная мысль.

Миллер немного успокоился, и мысли подтверждали каждое его слово.

— Передатчик Поргрейва генерирует волны, которые воспринимаются приемниками. В Киммериуме они установлены на каждом шагу. Это наша единственная защита против слэнов-шпионов. Так что, Кросс, одна неосторожная мысль, и вам крышка.

— Мне понадобятся кое-какие детали, — продолжил Кросс, не обращая внимания на его угрозы. — Вы полагаете, что вторжение на Землю неизбежно?

— Было решено, что в случае, если нам не удастся уничтожить вас или хотя бы завладеть вашим секретом, — твердо ответил Миллер, — возникает проблема установления контроля над Землей. В целях предупреждения возможного ущерба нашей колонии, так сказать. Для этого огромная флотилия космических кораблей рассредоточена по нескольким засекреченным космодромам. Что касается даты атаки, то она, по всей вероятности, уже выбрана, однако эта информация доступна узкому кругу лиц.