— Кто-нибудь еще остался?

— Мой отец, Царь Рехова, погиб, — ответил Адраазар. — Когда все закончится, я объявлю траур. Но не теперь. Твой брат погиб тоже. Мне кажется, это дело рук Избранных. Наемников-убийц. Я слышал, у царя Дэефета целая когорта таких. Он набрал их из тех разбойников и головорезов, с которыми сам когда-то грабил и убивал. — Адраазар выдержал паузу. — Странно подумать, если бы в свое время твой отец не уговорил твоего старшего брата, убитого сегодня, помочь Дэефету, Царя Иегудейского уже не было бы в живых. Когда царь Саул искал Давида, чтобы расправиться с ним, тот пробрался в моавитянский город Массифу и попросил царя моавитян спрятать его и его родителей от гнева Саула. Несмотря на то, что войско израильское уже тогда представляло достаточно серьезную угрозу для соседних царств, моавитяне согласились спрятать Давида.›. — Он вздохнул. — Судя по отметинам на латах, удары были очень сильными и точными. Воины, нанесшие их, специально пробивались к заранее назначенным жертвам. Тебе повезло. То ли твоя охрана оказалась умнее, то ли Избранный получил задание только ранить, но не убить тебя. В любом случае, ты остался жив. И это совсем неплохо.

— Велики ли потери?

— Мы оставили на поле боя больше двух третей от всех воинов. Но пусть это не пугает тебя. Я уже распорядился начать подготовку к обороне. Иегудеям придется хорошо потрудиться, чтобы взять Раббат. У нас достаточно стрел и снарядов для пращей. Провианта пока тоже в достатке. Я приказал выставить для охраны акведука когорту лучших стрелков. Иегудеям не удастся приблизиться к нему даже на двести шагов. Можешь быть спокоен. Смерть от голода и жажды нам не грозит.

— Мы можем тайно выйти из города? — еще тише спросил Аннон.

— Нет, — покачал головой Адраазар. Вопрос удивил его. — Израильтяне взяли Раббат в кольцо.

— Скоро Дэефет пошлет новое войско, — Аннон отвернулся.

— Ничего, — на губах Адраазара появилась жесткая улыбка. — Я предвидел подобную возможность. Корпуса Совака‹Совак — главный военачальник в армии Адраазара.› встретят иегудеев у Иерихона. А потом Совак придет к Раббату, и тогда мы выйдем из города и сразимся с сынами Иегудиными. При поддержке двух свежих корпусов перебить воинов Иоава не составит труда. Клянусь Господом, ни один из этих пустынных псов не уйдет живым.

— Не клянись Господом, Царь Сувский, — тихо сказал Аннон. — Господь не помощник нам. Адраазар нахмурился:

— Я не понимаю тебя, Аннон, сын Нааса.

— Боюсь, все пойдет не так, как ты задумываешь, Адраазар. — Аннон повернул голову и посмотрел на собеседника. — Корпуса Совака будут разгромлены у Иерихона.

— Нет, — Адраазар улыбнулся и качнул головой. — Ты ошибаешься, Царь Аммонитянский. Я знаю Совака. Он никогда еще не терпел поражений. Никогда!

— Это окажется первым. И последним. Совак будет убит в бою. Но ты уже ничего не можешь изменить, поверь мне. То, что должно произойти, так или иначе произойдет. Аннон закашлялся и сморщился от резкой боли в боку.

— Может быть, тебе, Царь Аммонитянский, известно будущее? Тот кивнул. Отвернулся и вперил взгляд в потолок. Адраазар опустился на колено, чтобы лучше слышать. Голос Аннона стал уже почти неразличим.

— Ты отречешься от меня.

— Нет! — вскричал Адраазар и поднялся. На щеках его выступил румянец гнева. — Этого не будет! Если Тов стал предателем, то не жди того же от Сувы!

— Неисповедимы пути Господа нашего.