Оставив копье в голове солдата, пригнулся и метнулся в сторону, пропуская над собой удар и подбирая с земли, оставшийся без хозяина очередной дрын с наконечником.

В это время монолитный строй стал рассыпаться и, в создавшейся сумятице, я, используя преимущество в скорости, хаотичными рывками начал смещаться в тыл потрепанному войску, уворачиваясь, как матадор, от ударов ближайших ко мне солдат. Одновременно, прикрываясь их телами, резкими и неожиданными, практически незаметными для глаза тычками копья, стараясь поразить воинов во втором ряду. Сейчас они представляли из себя наибольшую опасность, в первую очередь из-за возможности поймать с их стороны случайный удар.

Такая тактика принесла великолепные плоды - в суматохе и кутерьме, пятерых я положил так, что они не успели ничего понять. И только неудачно зацепив шестого, который заверещал, как боров на живодерне, я добился того, что солдаты отхлынули назад и снова сбили тесный строй, ощетинившись копьями…

Однако, тринадцать ноль и я, таки, ополовинил их команду, демонстративно не дотрагиваясь до своего клинка.

Теперь мы поменялись местами - солдаты сгрудились у лестницы, между мной и храмом. Мы стояли друг против друга. Настроение у меня было отличное! От полноты чувств я жизнерадостно рассмеялся и крутанул очередное копье мельницей. В какой-то момент - даже захотелось подбросить деревяшку и поймать ее, не глядя, за спиной, как в цирке… Больше всего мне сейчас не хотелось, чтобы бандиты начали сдаваться.

И эти волки не обманули моих ожиданий. Один из них, что-то каркнул - шеренга шустро перестроилась в клин. Отменная выучка. Очевидно, нацелились на прорыв…

Синхронно с ними я сделал шаг назад и в сторону, наклонился, подобрал еще одну булавку, выпавшую из рук убиенного солдатика, поудобнее перехватился и не дожидаясь, когда воины пойдут в атаку, кинул оба копья одновременно с двух рук. Подхватил еще два дрына с наконечниками и без промедления повторил бросок. В результате - атака так и не началась, угаснув в зародыше, а трое невезунчиков в первом ряду получили смертоносные подарки. К сожалению - одно копье воинам удалось отбить… скорее всего, случайно. И тем не менее - шестнадцать ноль в мою пользу, а это уже очень близко к финишной прямой.

Как всегда, в любой жестокой схватке наступает момент истины, когда у слабых духом и прочих крыс, лопается тоненькая жилка храбрости и появляется сильное желание покинуть тонущий корабль. Один хитрец в самом заднем ряду не выдержал, повернулся и бросился бежать по ступенькам. Он, видимо, рассчитывал скрыться в храме. Ему удалось сделать два прыжка и дезертир поймал в спину, между лопаток, очередное копье. То-то же. Первыми умирают храбрецы - это всем известно, но и трусы переживут их на чуть-чуть, особенно, когда имеют дело со мной.

Я демонстративно прошелся вдоль фронта, используя очередное копье, как посох, переступая через трупы и рассматривая оружие оставшееся без хозяев. Поднял кистень десятника, взвесил, покрутил - не понравилось, бросил… Поднял с земли короткий меч атамана, лежащий рядом с отрубленной головой, краем глаза заметил шевеление в рядах недобитков и метнул клинок от живота в самого шустрого. Попал, - тем самым, убив сразу двух зайцев. Один заяц был реальный - я пополнил пантеон погибших 'героев' очередным трупом. Второй виртуальный - я сорвал позыв еще живых кандидатов в мертвяки броситься в атаку.

Искоса поглядывая на остатки воинства и по-доброму улыбаясь, не торопясь, двинулся в сторону второго десятника, по дороге, пришпилив копьем ударом в шею, пришедшего в себя и делающего попытки встать на карачки атамана.