Однако, кроме редкости, в подобных ранах ничего удивительного нет. На самом деле я уже могу снять повязки, а к утру и вовсе не останется ни боли, ни следов. А если бы наши целительницы дольше тратили на меня свои силы, то и утра бы ждать не пришлось — уже бы все полностью зажило. Но мама, убедившись, что никакие страшные последствия мне не грозят, оставила мои руки самую малость недолеченными. Мол, запомни, и не лезь туда, где придется перенапрягаться сверх меры. Да уж… материнская забота она такая — профилактические подзатыльники… исцеляющие ругательства… ну и так далее в том же духе.

— Поразительно, — удрученно покачала головой мама. — Возможно, мы никогда не узнаем, чего хотела достичь Черная Инквизиция, затеявшая все эти мерзкие ритуалы, однако ж Кезеф умудрился подмять под себя чужие труды и использовать их в своих целях… Засранец.

За высоким столом в одной из гостиных мы сидели практически в семейном кругу. Пусть мы шестеро представляли три разных рода, эта условность никого не смущала. Ханиэль моя жена, а значит не имеет права идти против моей воли. Так что, если мама может не сдерживаться в выражениях при мне, значит и при ней тоже (если я рядом, а вот их общение с глазу на глаз будет уже зависеть от их собственных отношений). Ранза в этом доме уже давно своя, и мама, и дядя Гена, знают, что она тоже будет моей женой. Так что единственный условно «лишний» разумный здесь Лата. Но, во-первых, она еще не глава рода и идет «прицепом» к Ранзе. А, во-вторых, мы к ней уже все успели привыкнуть.

— Он всегда достигает своих целей, — сухо произнес дядя Гена. — Поразительное умение.

— Не всегда, — хитро улыбнувшись, мама покачала головой. — Крахатдум он так и не получил.

— И Илья отказался от его предложения, — добавила Ранза.

— Кстати, да, — подняла указательный палец мама и повернулась ко мне. — Если бы ты тогда согласился, сейчас был бы кронпринцем. Не жалеешь? — ее голос неожиданно стал серьезным.

— Нет, — улыбнулся я и обвел теплым взглядом присутствующих. — У меня свой прекрасный правильный путь, благодаря которому меня окружают счастливые разумные.

Я видел по лицам мамы, дяди Гены и Ранзы, что они прекрасно поняли меня. Махамайя с Крокомотом благодарно кивнули, а мама тихо произнесла: «Спасибо».

— Не стоит, — покачал я головой. — Не считайте меня законченным альтруистом. Ваше счастье и благополучие — это мое счастье и благополучие.

— Ну хватит, Илюш, — усмехнулась мама, — не строй из себя демона, который действует лишь в угоду удовлетворения своих страстей. Человеческого в тебе гораздо больше, хоть людской крови в тебе нет ни капли. Так что просто прими нашу благодарность и не ворчи.

— Ладно, — я поднял руки, признавая поражение, — тогда больше не поднимайте эту тему. Запомните, что я рад тому, что я глава Свободного Рода Ильяриз, а не наследник Кезефа Люцифера.

— Хорошо, — кивнула она.

В целом, переживания мамы вполне можно понять. Всякий разумный родитель желает только лучшего для своих детей, и как бы мама не относилась к Кезефу, умом она понимает, что такое титул кронпринца всей Оси Миров. И это понимание не дает ей покоя. Но, справедливости ради, она только-только узнала о том, что мой биологический отец стал Осевым Королем. Успокоится со временем. И, надеюсь, мои слова помогут ей не заниматься такой бесполезной ерундой, как переживание об упущенных возможностях. Чужих упущенных возможностях… Стоп! А ведь Кезеф и ее звал замуж.