— Ты сама-то не жалеешь, что упустила возможность стать главной из Осевых Королев? — глядя в глаза маме, спросил я. Мой вопрос прозвучал очень неожиданно. Сидевшая справа от меня Ханиэль даже слегка вздрогнула, а Ранза на миг округлила глаза. Лата же умудрилась удержать на лице восковую маску безразличия, а дядя Гена, на миг замерев, продолжил доставку наколотого на двузубую вилку сыра себе в рот. Вот только…

— Дзынь!!!

Вилка не выдержала давления. Крокомот сжал ее двумя пальцами так сильно, что несчастная потеряла голову.

— Ген… — с ласковым укором произнесла мама, погладив Генрея по огромному плечу. — Ну нельзя же так, — покачав головой, она перевела взгляд с валяющейся возле бокала с вином зубцов вилки на меня. — А ты, Илюш, хорош такие вопросы с бухты-барахты задавать, — усмехнулась она. — Хотя спасибо, что спросил. Судя по летающим вилкам, есть те, кому тоже интересно. Так вот, для всех интересующихся отвечаю: с давних пор лично мне плевать на Кезефа Люцифера и его жен. В число трех дорогих моему сердцу мужчин он точно не входит. А вот ты, Гена, кстати, входишь. Как и наши с тобой два сына.

Сперва Генрей расплылся в счастливой улыбке, однако тут же встрепенулся:

— Два сына? — изумленно выпалил он.

На что мама ехидно улыбнулась и повернулась ко мне.

— Илья, скажи, правильным ли путем будет считать, что у меня в животике зародился твой братик?

Хмыкнув, я потратил капельку праны, после чего ответил:

— Правильным, мама. Поздравляю вас обоих!

— Поздравляю, Госпожа Инниарла! — вперед остальных девушек успела Ранза.

— Присоединяюсь к поздравлениям, Госпожа Инниарла, — тепло проговорила Ханиэль.

— Примите и мои поздравления, — поклонилась Лата.

Ну а дядя Гена все это время с открытым ртом пялился на маму. Затем резко вскочил на ноги и сгреб ее в объятьях, поднял со стула и закружил по комнате.

— Аккуратнее, Ген, с меня теперь пылинки нужно сдувать.

Тут она, конечно, лукавит. Одаренная ее ранга, к тому же обладающая настолько мощными целительными способностями, потерять ребенка может лишь в самых крайних случаях, о которых даже и думать мне не хочется.

— Сестрица, — услышал я негромкий голос Латы, — помнится, мы хотели с тобой сегодня обсудить дела Рода.

— А вот мне что-то не помнится такого, — меланхолично отозвалась Ранза, как и все остальные, с улыбкой наблюдавшая, за кружением по гостиной мамы и дяди Гены.

— Мне не хочется при остальных подвергать сомнению твою память, сестрица, но, возможно, придется, — строго произнесла младшая Махамайя, поднявшись с места и потянув старшую за руку. — Идем скорее.

— Эх… ну как я могу отказать такой настойчивой сестренке, — проворчала Ранза, тоже поднимаясь со стула. — Уважаемые молодожены, Господин Генрей, Госпожа Инниарла, хорошего вечера.

Поклонившись, Ранза бросила на меня хитрый взгляд и вместе с Латой направилась к двери.

— Как нам тактично напомнили, что о делах лучше поговорить завтра, — задумчиво проговорила мама, когда сестры вышли из гостиной.