Черт возьми, быстро же он дошел до этой мысли. И ему явно не терпелось обозначить свою позицию, раз выдал речь, едва я вошел в комнату.

Эх… Ордены, как и рода, получают свою силу благодаря Влиянию. В деталях распространения оно отличается от родового Влияния. Например, практически все Влияние в Голлее (стране Верлиона, в которой поклоняются Мадтеону) до моего появления шло Вязию. Однако в крупных городах Голлеи при храмах числились небольшие отряды инквизиторов. Таким образом члены Ордена Великой Инквизиции полностью интегрировались в религию Голлеи. Но когда жители страны благодарят за что-то именно инквизиторов, тогда Орден получает свою частичку Влияния. Разумеется, уровень активности инквизиторов регламентируется (причем самим Орденом), они не могут просто так развернуть бурную деятельность в чужих владениях.

Да, Гроссмейстер Ордена Великой Инквизии был Гуру. Сейчас же передо мной склонил голову очень сильный Мастер. А может быть, слабый Грандмастер. В любом случае гений, каких мало (все-таки гениальность гениев тоже различается). А это значит, если Абалим станет моим Стражем… ну, может быть, Высшим Стражем, то я получу Стража Гуру. Не факт, что сразу, однако мое Влияние растет с каждым днем, а значит Стражи моего рода тоже постоянно становятся сильнее.

Итак, Страж-Гуру… Да еще и с Родовой и с Индивидуальной Способностями и с фамильяром…

Проклятье! Слишком соблазнительное предложение для моей демонской натуры! Хочется прямо сейчас вспороть себе руку до локтя, протянуть вакидзаси Абалиму и, когда он сделает то же самое, сказать: «Добро пожаловать в Свиту!»

А-А-А-А!!! Хочу такого Стража!!! Что ж ты творишь, Абалим!!!

Мне стоило огромных трудов взять себя в руки и спокойным тоном произнести:

— Прошу вас, поднимите голову, Господин Михаил. Предлагаю продолжить разговор сидя.

Продолжил я, когда домочадцы и оба гостя расположились на мягких диванчиках и креслах (все это время Абалим буравил меня взглядом):

— Ваши слова честь для меня, Господин Михаил. Огромная честь, что такой Аристократ как вы, счел меня достойным быть его Господином… Однако же я вынужден отклонить ваше предложение. Ибо считаю, что есть кое-что, с чем никто, кроме вас, во всей Руарк-Поркской Оси Миров не справится.

Михаил подобрался и напряженно спросил:

— Что же это, Господин Ильяриз?

— Я не знаю, слышали ли вы, что немало членов Ордена Великой Инквизиции отказалось вступать в Единую Осевую Армию. Все эти разумные ныне находятся в бегах и, по сути, считаются преступниками. О них необходимо позаботиться, а кто с этим справится лучше, нежели их бывший Гроссмейстер?

Абалим посерьезнел и медленно кивнул.

— Ваше благородство поистине не знает границ, Господин Ильяриз.

— Не стоит, Господин Михаил, я не такой славный, как вы думаете.

— Ваши слова лишь подтверждают мои, — ответил он. — Не подскажите, кто именно из моих бывших братьев по Ордену отказался от предложения Люцифера? Я хочу связаться с ними как можно скорее.

Абалим покинул мой дворец через пятнадцать минут, а Курст через тридцать. Спригган тоже поделился с нами своими планами. Говорит, хотел бы уже сейчас передать пост главы рода сыну, раз уж тот последние недели и был фактическим главой. Однако решил, что становиться старейшиной в смутное время — значит скидывать ответственность за молодых. Правильнее будет помочь роду пережить смуту, а потом уже на новом этапе пусть и руководит новый правитель.

И Михаил, и Курст прибудут сегодня на мою свадьбу. Жаль, что такой важный праздник будет лишь галочкой в списке дел, с которыми нужно разобраться на сегодняшнем собрании глав Альянса.